Невеста поневоле

Ах, вы твари такие! Обернулась.

Увидела лучников! Те лихорадочно взводят еще, руки дрожат, пальцы у бедных путаются, стрелы падают. Ощущаю, что двое разбойников заклинания плетут. У них тут и маги есть! Или дилетанты… скорее второе. Тонкие хрупкие ниточки чар полетели в меня витиеватыми траекториями. Амулет, будто чувствуя мое беспокойство, вдруг невидимую волну выпустил, рассеивая все эти сплетения энергетические.

— Демон! — Взревели разбойники, бросившись в рассыпную.

До меня вдруг дошло, я уже полностью перекинулась в черную бестию, на подсознательном уровне опасаясь стрел в голову. Внутри проснулось что — то звериное. Бороться с этим сложно, когда чуть не убили! Настигаю подлых лучников, что стреляли в спину."

"Убивать не стала, я же не зверь какой. Расшвыряла. Глухой стук о стволы деревьев, прерывающий вопли, достаточное удовлетворение для злости. Разбойники бегут, спотыкаясь и нарываясь на ветви деревьев в темноте, ползут дальше, трясясь от страха, волосы на затылках у бедных шевелятся. Один на ходу плетет призыв какой — то. Дала ему пинка тяжелой бронированной ногой. Глухой стук о копчик оказался несколько неприятен. Стала искать старика из первой группы. Настигла, напугав шестерых его дружков, что пытались исподтишка насадить меня на клинки.

Взяла за шкирку деда. Кажется, у него седых волос стало больше. Сердечко у бедного бьется аритмично, глядишь, и помрет разбойник от инфаркта.

— Веди в село, где ведьм задержали, — прошипела, широко распахивая пасть с акульими зубами. Ему, конечно, видно плохо в такой темени. Глаза, потерянные, бегают. Но да ладно.

Дедулю за шкирку тащу и приговариваю громко, нагоняя страха на расползающихся по лесу разбойников:

— Ишь! На дело они собрались! В ведьмин лес пришли, и не побоялись ведь! К костру пустили незнакомую женщину! А вас мамы не учили, что нельзя с незнакомкой вообще разговаривать! А тем более интим предлагать? А если она окажется бестией, как я? Ладно ж покормили. А если бы голодная была, сожрала бы и вас! Что за разбойники пошли, ни стыда, ни совести, в спину беззащитной женщины стрелять! Понтий, куда дальше? Что ты вялый — то такой? Указывай.

— Сгинь, зло, — шипит дед, а сам дрожит. Встряхнула, сразу указал путь дальше.

Соврать не решился, вышли в поле, прошли по проселочной дорожке прямиком к селу. Отпустила его, превращаясь в обычную девушку. Позади рыдания начались и мольба владыкам. Ну славно, покайся, дед в своих грехах.

А село — то и не спит! Издалека увидела огромный костер! Мчусь туда, в груди холодеет. Пять домов миновала, дальше толпа людей.

— Вторую веди! — Кричат.

— Нечего утра ждать!

Сквозь возгласы и ликования рыдания женские разносятся. Расталкиваю толпу нечеловеческой силой. Под одеждой снова броня выросла.