Мы знаем, что ты помнишь

Положила в морозилку контейнер с лазаньей. Суп из брокколи, колбаса и картофельное пюре, венский шницель с соусом и зеленым горошком вместе с отварным картофелем в равных порциях. После заморозки картошка станет сухой и мучнистой, но Трюггве, когда он вернется домой, все равно понравится, что пища уже готова к употреблению. Мейан подписала содержимое каждого пластикового контейнера и пакета. На пару недель ему должно хватить. Только нужно будет периодически заезжать в супермаркет «Ика Розен» в Нюланде за свежими продуктами.

А там, глядишь, и дочка приедет.

Дочь Йенни, которая много лет прожила в Австралии, почти ничего не давая о себе знать. Теперь там негде стало жить, вон какие в лесах бушевали пожары, и теперь, когда ее отец остался совсем один, быть может, пришло время вернуться домой?

Ты услышишь неприятные вещи обо мне и твоем отце, написала ей Мейан.

Не осуждай его. Он был неплохим папой.

Помнишь, как он построил тебе кукольный домик?

Письмо получилось длинным, в нем она просила Йенни подумать и понять, что теперь она должна заботиться не только о себе, но и о других.

В конце концов, семья – это единственное, что у нас есть.

Несколько раз она порывалась написать письмо даже Трюггве. Это оказалось сложнее. Одна за другой ее попытки заканчивались скомканными листами бумаги с накарябанными на них несколькими жалкими строчками. Мейан сожгла их в печи, проследив за тем, чтобы пламя окончательно погасло, не оставив после себя ни единого тлеющего уголька.

В конечном итоге получилась записка. Всего лишь.

В морозилке есть готовая еда.

Целую, обнимаю.

Мейан.

Когда полицейская машина въехала во двор, она уже сидела на веранде. Перед ней стоял термос с кофе и лежали две булочки с корицей. Она оделась так, как ей захотелось одеться. Просто и достойно, но все же довольно элегантно – черные брюки и блузка цвета ржавчины с бантом на шее, которая после того, как она нашла ее на распродаже в Крамфорсе, большую часть времени провисела в гардеробе.

Зачастую то, что казалось ей шикарным в магазине, на деле оказывалось пригодным лишь для дома.

Она просидела так час или два, несмотря на то что поднялся ветер и резкие струи дождя хлестали в открытый проем веранды.

Они поговаривали о том, чтобы застеклить ее. Может быть, осенью."

"И теперь Мейан спрашивала себя, займется ли Трюггве этим сейчас или опустит руки и даст дому прийти в упадок, как это сплошь и рядом происходило с домами в их округе, у всех на виду. Невесть почему ей вспомнился дом, в котором жила Лина Ставред, он находился в нескольких километрах отсюда. После той семьи там больше никто не жил. Пара окон стояли выбитыми, и печная труба начала разваливаться, облупившийся фасад выглядел таким жалким.