Хозяйка собственного поместья

Но не стоит требовать от него слишком многого.

— А земский исправник?

Если я правильно поняла, это что-то вроде главного полицейского уезда. Но вряд ли он, как и всякое начальство, сам будет разбираться. Если у него в подчинении все примерно такие же, как урядник — этот еще из лучших! — то и от него вряд ли толк будет.

— Кирилл Николаевич сейчас в городе. Мы обязательно заедем к нему завтра. Но не уверен, что и он сможет помочь. Не станет же он сам по всем окрестным деревням мужиков расспрашивать, кто каких проезжих господ видел. Да и результат будет примерно такой же, как от ваших парней.

Значит, придется разбираться самой. Вот только как? И как добыть доказательства, даже если я вычислю, кто преступник?

— Знаете, у меня было время подумать. Ваше ночное предложение еще в силе? — спросила я.

— Я послал за своим управляющим. Вы позволите занять вашу гостиную, чтобы я мог его проинструктировать? Насчет досок и всего остального.

— Конечно. — Резкая перемена темы сбила меня с толку. — Но я спрашивала про сторожей.

— Не думаю, что они понадобятся. Злоумышленник добился своего. В Ольховке оставаться небезопасно, так что я увожу вас в свой городской дом. Сегодня уже поздно, но вам как раз хватит времени собрать вещи, чтобы уехать прямо с утра.

Что? А меня кто спросил? Я открыла было рот возмутиться — и сообразила.

— Пожалуй, вы правы, — медленно проговорила я.

Вряд ли кто-то из домашних целенаправленно докладывает злодею о моих планах, но слухи тут распространяются со скоростью света, никаких телефонов и интернетов не надо. И кто-нибудь может случайно сболтнуть то, о чем болтать не следует. Как, например, недавно Марья рассказала парням, что я сама кухню мыла «собственными ручками». Да, наверняка ничего плохого не хотела — но плюс одна странность в копилочку, а там и до признания меня недееспособной недалеко. Так и с моим отъездом.

— Но я не могу оставить усадьбу надолго. Слишком много работы.

— Опять вы о работе! Я же говорил… — Виктор покачал головой. — Ваш норов известен всему уезду, и что мы едва можем терпеть друг друга — тоже. Выдержим ли мы дольше недели?

Неделя? Долго, очень долго.

— А рассада? А людская изба? Марья одна не справится со всем.

— Доски для пола все равно привезут не раньше чем через несколько дней. Скажете парням, что все договоренности в силе, но пока нет материалов, и работы нет. Могу и я сказать, если вы не хотите объясняться.

— Мои работники — моя ответственность. Но кто гарантирует, что они вернутся?

— Им ничего не мешает и сейчас просто уйти. Но они вернутся. Иначе им свои же житья не дадут. Что еще? Рассада? Без посторонних в доме Марье будет не так много работы, посеет то, что вы ей прикажете.