Хозяйка собственного поместья

— Сговорились вы, что ли? — спросила я.

Кот открыл один глаз, глянул на меня и снова закрыл, притворившись спящим.

Я улыбнулась — несмотря на все, что случилось ночью, настроение было отличным, и даже перспектива беседы с урядником его не портила. А как уедет, надо поговорить с Виктором, пусть присылает своих сторожей.

По дороге на кухню я, как всегда, продумывала, что сделать днем. Но, едва я открыла дверь, Марья перегородила мне дорогу.

— Иди-ка ты отдыхай, касаточка, — заявила она вместо «доброго утра». — Аспид велел тебя с кухни гнать.

Пока я переваривала это заявление, нянька добавила:"

"— Утром проснулся ни свет ни заря. Пришел на кухню, всю меня изругал, дескать, совсем мы тебя не бережем. Ты как хочешь, а я второй раз такой выговор выслушивать не намерена, стара уже, чтобы меня баре так чихвостили. Поэтому давай вон роман какой у маменьки в будуаре возьми да ступай в гостиную. Пока начнешь читать, я покушать тебе соберу и туда принесу. Нечего тебе на кухне есть, как мужичке.

— Кто хозяин в доме, я или Виктор? — наконец обрела дар речи я.

— Конечно, ты, касаточка, — пропела Марья. — Да только после такой страсти, как ночью случилась, отдохнуть надобно. А ну как опять нервная горячка прихватит?

— Какая нервная горячка, ты в своем уме?

— В своем, в своем. И хочу, чтобы и ты в своем была, весела и здорова. А то смотри, отощала как, мужчины-то не собаки, на кости кидаться не станут.

Так, похоже, ночное «вы стали изящней» от Виктора было вовсе не комплиментом. Ну ничего, я ему припомню. Но что вдруг на Марью нашло?

— Я замужем вообще-то.

— Да и хорошо.

От такого заявления я ошалела окончательно, и Марья, воспользовавшись моментом, начала теснить меня к двери.

— Ступай, ступай. Покушаешь и отдыхай. Не хочешь роман читать — так вон хоть повяжи. Али подремли еще — сон-то для красоты завсегда полезен.

— Да я и так полдня проспала! — возмутилась я, указывая на окно.

— Да разве ж это полдня, только-только петухи пропели.

Это уже было просто вопиющим враньем, и я открыла было рот, но Марья перебила меня:

— И то правда, отдохнуть тебе надобно. Ежели читать не хочешь и спать, так хоть в город скатайся, может, в театру какую сходи или в оперу.

Вот только оперы мне не хватало для полного счастья! Я ж как та старуха из сказки, ни ступить, ни молвить не умею! Так что если и отдыхать за чтением, то не романов, а пособий по этикету.

Да о чем я думаю? У меня в доме настоящий переворот, а я об этикете размышляю?

Я уперла руки в бока, чтобы сказать все, что я об этом думаю, но решила начать издалека.

— А мясо само себя в горшки положит и в печь прыгнет? Окорока сами засолятся? Пельмени сами налепятся?

Пельмени я хотела давно, останавливало отсутствие морозилки, ведь лепить их на один раз — сущее издевательство.