Солнце полуночи

"

"Мне хотелось еще более сильных слов, которые в точности описывали бы, чем она стала для меня. Во мне не осталось ничего, не имеющего отношения к ней. Мне вспомнился наш первый разговор и то, как я в то время был убежден, что на самом деле жизни у меня нет. Теперь все обстояло иначе.

– Теперь ты – моя жизнь, – шепнул я.

Небо по-прежнему застилали плотные облака, но солнце прожигало себе путь из глубин за ними, и комната наполнялась золотистым светом. Воздух становился чище и свежее, чем обычно. Мы медленно покачивались, я обнимал Беллу, впитывая ее совершенство.

Как я уже не раз думал за последние сутки, я был бы полностью доволен всем, что только есть во вселенной, если бы мне никогда больше не пришлось двигаться с места. И поскольку Белла словно таяла, приникая ко мне, полагал, что и она считает так же.

Но на мне лежали обязанности. Требовалось усмирить свое буйное ликование и подумать о прозе жизни.

На секунду я прижал Беллу к себе чуть крепче, а потом заставил себя расслабить руки.

– Пора завтракать, – напомнил я.

Белла медлила – видимо, так же, как и я, не желала, чтобы нас разделяло пространство. Потом повернулась, отстранившись так, чтобы очутиться лицом к лицу со мной.

Ее глаза стали круглыми от ужаса. Рот приоткрылся, руки взметнулись, прикрывая горло.

Я так перепугался при виде ее потрясения, что никак не мог понять, в чем дело. С помощью своих чувств, обшаривающих пространство вокруг нас, словно щупальца, я лихорадочно искал возможную опасность.

И вдруг, когда я был уже готов выскочить в окно, на руках унося Беллу в безопасное место, испуг на ее лице сменился лукавой усмешкой. А я наконец проследил связь между своими словами и ее реакцией и понял, что она меня разыграла.

Она хихикнула:

– Шутка! А ты говорил, что актрисы из меня не выйдет!

Мне понадобилось полсекунды, чтобы взять себя в руки. От облегчения накатила слабость, но шок напоминал о себе перевозбуждением.

– Не смешно.

– Нет, смешно, – настаивала она, – ты сам понимаешь.

Не улыбнуться я не смог. Пожалуй, если шутки про вампиров у нас приживутся, я как-нибудь свыкнусь с ними. Ради нее.

– Я перефразирую, ладно? Людям пора завтракать.

Она беспечно улыбнулась:

– Ну хорошо.

Хотя я и был готов в будущем терпеть несмешные шутки, спускать ей с рук уже услышанную не собирался.

Действовал я пусть и осторожно, но быстро. Надеясь, что не шокирую ее так, как она меня – и уж явно не напугаю, – я перекинул ее через плечо и метнулся к двери.

Ее возгласы прерывались от тряски, и я слегка сбавил скорость на лестнице.

– Ух… – выдохнула она, когда я перевернул ее вверх головой и бережно посадил на кухонный стул.

Глядя на меня снизу вверх, она улыбнулась, явно ничуть не шокированная.

– Что на завтрак?

Я нахмурился.