Солнце полуночи

Большинство людей сторонится нас, они инстинктивно чувствуют, что мы иные, и это отталкивает их… Вот я и не ожидал, что ты настолько приблизишься. А еще – запах твоего горла…

Я осекся, надеясь, что еще не вызвал у нее отвращение.

Она поджала губы, словно сдерживая улыбку."

"– Тогда ладно. – Она опустила голову, уткнулась подбородком в правую ключицу. – И все, горла не видно.

Шутка явно предназначалась для того, чтобы развеять мое волнение, и она сработала. Я невольно рассмеялся над выражением ее лица.

– Да нет, – заверил я, – дело скорее в неожиданности, чем еще в чем-то.

Я поднял руку и легко приложил ее к шее Беллы, ощутил невероятную нежность ее кожи, исходящее от нее тепло. Обвел большим пальцем подбородок. Электрическая пульсация, которую могла пробудить лишь она, распространилась по моему телу.

– Видишь? – шепотом спросил я. – Все прекрасно.

Ее сердце забилось быстрее. Я чувствовал его биение ладонью, слышал, как оно ускоряет ритм. Румянец залил ее лицо от подбородка до границы волос.

Звук и вид ее реакции, вместо того чтобы вновь вызвать у меня жажду, только усилили сходство моего собственного отклика с человеческим. Я не мог припомнить, когда чувствовал себя настолько живым, и сомневался, что такое вообще бывало, даже когда я на самом деле жил.

– Румянец на твоих щеках – прелесть, – прошептал я.

Высвободив из ее пальцев свою левую руку, я приложил ладонь к щеке, так что ее лицо оказалось между моими ладонями. У нее расширились зрачки, сердце забилось еще быстрее.

В тот момент мне так хотелось поцеловать ее. Ее нежные изогнутые, чуть приоткрытые губы завораживали меня, манили к себе. Но, несмотря на всю силу этих новых для меня человеческих эмоций, полностью доверять себе я не мог. И знал, что мне понадобится еще одно испытание. Узел, который видела Элис, я, кажется, уже прошел, но в происходящем чего-то все равно недоставало. И теперь я понял, что еще должен сделать.

То, чего я всегда избегал даже в мыслях.

– Не шевелись, – предупредил я. Ее дыхание стало сбивчивым.

Медленно придвигаясь ближе, я внимательно наблюдал за ней, искал хотя бы намеки на то, что ей неприятны мои действия. И не заметил ни единого.

Наконец я склонил голову и повернул ее так, чтобы прислониться щекой к основанию ее шеи. Жар ее теплокровной жизни проникал сквозь тонкую кожу и вливался в холодный камень моего тела. Под моей щекой билась жилка. Я дышал ровно, как автомат, делал управляемые вдохи и выдохи. Ждал, прислушиваясь ко всему, что творилось во мне, вплоть до мельчайших подробностей. Возможно, я ждал дольше, чем требовалось, но там, где я ждал, было очень приятно медлить.

Только убедившись, что здесь меня не подстерегает ловушка, я продолжал.