Солнце полуночи

– Согласен, польза от тебя есть.

«Без меня ты бы не выжил».

Я написал краткую записку и сбегал к пикапу, чтобы оставить ее на водительском сиденье. Да, в этом поступке не было подлинной силы, но я надеялся, что записка напомнит Белле о ее обещании. А меня хотя бы отчасти избавит от тревоги.

Глава 15. Вероятность

– Так, Элис… – начал я, захлопнув дверцу.

Она вздохнула. «Прости. Жаль, что мне пришлось…»

– Оно ненастоящее, – перебил я, с ускорением удаляясь от парковки. О дороге я не задумывался. Слишком хорошо она была мне известна. – Это просто старое видение. Еще до всего. До того, как я понял, что люблю ее."

"В голове у нее возникло вновь худшее из всех видений – мучительная вероятность, которая столько недель терзала меня, будущее, увиденное Элис в тот день, когда я оттащил Беллу с пути надвигающегося фургона.

Тело Беллы в моих руках, изувеченное, белое и безжизненное… рваная, с синеватыми краями рана на ее сломанной шее… ее алая кровь на моих губах, мои глаза, горящие багрянцем.

В ответ на видение, запечатленное в памяти Элис, из моего горла вырвался яростный рык – непроизвольная реакция на боль, пронзившую меня.

Элис замерла, ее глаза стали тревожными.

«То же самое место» – это Элис поняла сегодня в кафетерии, и ее мысли окрасил ужас, которого я поначалу не понял.

Дальше этого жуткого образа я никогда не заглядывал – уже он один был невыносим. Но опыт изучения видений у Элис был на десятки лет больше моего. Она знала, как не принимать в расчет чувства, как оставаться беспристрастной и рассматривать картину в целом, не вздрагивая и не отворачиваясь.

Элис умела подмечать детали… такие, как обстановка.

Фоном отвратительному зрелищу служил тот же луг, куда я собирался отвезти Беллу завтра.

– Оно просто не может все еще быть действительным. Ты вспомнила его, а не увидела вновь.

Элис медленно покачала головой.

«Это не просто воспоминание, Эдвард. Я вижу его прямо сейчас».

– Мы поедем куда-нибудь в другое место.

В ее голове фон видения завертелся калейдоскопом, меняясь со светлого на темный и обратно. Передний план остался прежним. Я отшатнулся от этих образов, попытался оттолкнуть их от своего мысленного взора, жалея, что увидел их.

– Я все отменю, – сквозь зубы пообещал я. – Раньше она уже прощала меня, когда я не сдерживал обещания.

Видение задрожало, замерцало, а потом вновь прояснилось, приобрело резкость и четкость очертаний.

«Ее кровь так мощно действует на тебя, Эдвард. Чем ближе ты оказываешься к ней…»

– Я снова буду держаться на расстоянии.

– Вряд ли это поможет. Раньше не помогало.

– Я уеду.

Она вздрогнула от муки в моем голосе, и видение у нее в голове снова задрожало. Время года изменилось, действующие лица остались прежними.

– Все на месте, Эдвард.