Солнце полуночи

Видеть мой любимый автомобиль искореженным и пылающим было больно, хоть я и понимал, что заслужил эту кару.

Джаспер был почти так же недоволен.

С остальными я разберусь позднее. Нам с Беллой отпущено совсем немного времени, и я не намерен терять его зря.

«Эдвард и Белла с виду прямо близкие друзья, да?» Стоило мне только отключиться от Розали, как в голову вторглись мысли Джессики. На этот раз я ничего не имел против них. «Невербалика говорит сама за себя. Ну я Белле устрою попозже. Наклоняется он к ней прямо так, как будто ему интересно. И вид у него заинтересованный. Выглядит он… идеально. – Джессика вздохнула. – Нямка».

Я встретился с любопытным взглядом Джессики, и она нервозно отвела глаза, съежилась на своем месте. «Хмм. Пожалуй, лучше все-таки держаться за Майка. За реальность, а не фантазии…»

Все это заняло совсем немного времени, но Белла заметила, что я отвлекся.

– Джессика ловит каждое мое движение, – я отговорился менее значимым из двух отвлекающих моментов. – Расскажет тебе потом, что все это значит.

Возмущение Розали не утихало, едкий внутренний монолог остановился всего на пару секунд, пока она выискивала в памяти новые оскорбления, чтобы осыпать ими меня. Я оттеснил ее голос на задний план, решив не отвлекаться от Беллы."

"Придвигая к Белле тарелку с едой – оказывается, это была пицца, – я гадал, с чего начать. Ко мне вернулось недавнее раздражение, в голове крутились ее слова: «Гораздо сильнее, чем я нравлюсь ему. Но я ничего не могу с собой поделать».

Она откусила от того же ломтя пиццы, что и я, поразив меня своей доверчивостью. Разумеется, она же не знала, что я ядовит – правда, не настолько, чтобы ей было опасно кусать еду после меня. И все же я ожидал от нее другого отношения ко мне. Как к иному существу. Но не дождался.

Я решил начать издалека:

– Значит, официантка была симпатичной?

Она снова подняла бровь:

– А разве ты не заметил?

Можно подумать, кто-нибудь из женщин был способен отвлечь меня от Беллы. Очередной абсурд.

– Нет. Не обратил внимания. У меня и без того хватало забот.

– Бедная официантка, – улыбнулась Белла.

Ей понравилось, что я не проявил к официантке никакого интереса. И я ее понимал. Сколько раз я сам мысленно калечил Майка Ньютона в кабинете биологии!

Но не могла же она всерьез считать, что чувства смертного, порождение семнадцати коротких лет, сильнее подобия чугунного шара для сноса зданий, которое врезалось в меня после вековой пустоты?

– Ты сказала Джессике кое-что… – сохранить небрежный тон мне не удалось. – В общем, это меня тревожит.

Она мгновенно перешла в оборону:

– Нет ничего странного в том, что тебе не все понравилось. Не надо было подслушивать.