Солнце полуночи

 – Выражение ее лица изменилось, стало любопытным, и она, недолго думая, перевела разговор: – Но как ты узнал, где искать меня сегодня?

Не надеясь на удачу, я все же попробовал еще раз пробиться через барьер, ограждающий ее мысли, предпринял отчаянную попытку понять ее. Ее логика оставалась для меня непостижимой. Как может ее интересовать хоть что-нибудь, когда прямо перед ней – вопиющая истина?

Она ждала, выказывая одно только любопытство. Бледность ее кожи была для нее естественной, но все-таки беспокоила меня. Ужин на тарелке перед ней остался почти нетронутым. Если так пойдет и дальше, если я наговорю лишнего, ей понадобятся силы, чтобы пережить шок, когда он наконец обрушится на нее.

Я выдвинул условие:

– Ешь, тогда объясню.

Подумав с полсекунды, она забросила в рот вилку равиоли с быстротой, которая не вязалась с ее спокойствием. Моего ответа она ждала нетерпеливее, чем можно было предположить по ее виду.

– Не думал, что это настолько хлопотно – держать тебя под наблюдением, – объяснил я. – Обычно я без труда нахожу человека, стоит мне лишь один раз услышать его мысли.

При этом я не сводил глаз с ее лица. Угадать – одно дело, получить подтверждение догадки – совсем другое.

Она сидела неподвижно, с непроницаемыми глазами. Невольно стиснув зубы, я ждал, когда она запаникует.

Но она только моргнула разок, громко сглотнула и быстро забросила в рот еще вилку равиоли. С нетерпением ожидая новых откровений.

– Я продолжал наблюдать за Джессикой, – снова заговорил я, глядя, как до нее доходит смысл каждого слова. – Но не особенно пристально, потому что найти на свою голову приключения в таком городе, как Порт-Анджелес, способна только ты, – от этого упрека я не удержался. Известно ли ей, что жизнь других людей не так изобилует околосмертным опытом, или же она считает происходящее с ней нормальным явлением? – Поначалу я и не заметил, что ты ушла гулять одна. А когда сообразил, что рядом с Джессикой тебя уже нет, отправился искать тебя в книжный, о котором она думала. Сразу стало ясно, что туда ты не заходила и направилась на юг… и я понял, что вскоре ты повернешь обратно, поэтому просто ждал, заглядывая в мысли то одного, то другого прохожего, чтобы проверить, не видел ли тебя кто-нибудь из них, и понять, где ты находишься. Для беспокойства не было причин… но меня не покидала странная тревога. – Я задышал чаще, вспоминая собственное чувство паники. Ее запах обжег мне горло, чему я был только рад: эта боль означала, что она жива."

"Пока меня обжигает пламя, она в безопасности.

– Тогда я начал ездить кругами и… прислушиваться. – Я надеялся, что это выражение она поймет. Оно могло ввести в заблуждение. – Солнце садилось, я уже собирался бросить машину и пойти по твоему следу пешком.