Сидни Шелдон. После полуночи

Только пришли по этому е-мейлу сумму и код карты с инициалами того фальшивого удостоверения, которое используешь в данный момент, а этот тип сделает все остальное. Возьми и это.

Она протянула Грейс стилет с серебряной рукояткой.

– Никогда не знаешь, что понадобится.

Грейс посмотрела на острый клинок, лежавший в ее ладони, поколебалась и сунула в ботинок. Кора открыла крышку ящика и в мгновение ока высыпала его содержимое на пол. Пустой ящик почему-то казался еще меньше полного.

– По-моему, это невозможно, – пробормотала Кора. – Сюда кошка не поместится.

– Все возможно, – улыбнулась Грейс. – В молодости я была гимнасткой. Смотри.

Кора ошеломленно наблюдала, как Грейс села в ящик, подтянула колени к подбородку и обхватила их руками, будто человек-паук в цирке.

– Господи, это, должно быть, больно, – поморщилась она.

– Ну… не купе первого класса, но я выживу, – заверила Грейс. – Попробуй прикрыть крышку. Я помещаюсь?

Кора попробовала. Между Грейс и крышкой оставалось не меньше дюйма.

Она снова открыла крышку.

– Помещаешься. Сейчас погружу остальное. Положу тебя в третьем ряду от двери, так чтобы на контрольно-пропускном пункте не заметили. Только не прикрывай плотно крышку.

– Понятно. Спасибо, Кора. За все.

«Удачи, Благодать Господня»…

Кора снова закрыла крышку и понесла Грейс в темноту.

Начальник тюрьмы с подозрением оглядел Лайзу Холлидей.

– Берегись, если соврала.

– Не соврала.

– Грейс Брукштайн в камере. Еще с обеда. Кроме того, заключенные из крыла А никогда не работают на погрузке. Сестра Агнес знает правила.

– Сестра Агнес не отличит собственной «киски» от «Отче наш».

– Заткнись! – рявкнул начальник. – И не смей оскорблять святых сестер!

– Послушайте, не хотите проверить грузовик? Прекрасно. Не проверяйте. Только не говорите потом, что я вас не предупреждала.

Начальник ничего не хотел проверять: день был длинный, тяжелый, хотелось поскорее покончить с текущими документами и ехать домой, к жене, но понимал, что деваться некуда.

– Ладно, Лайза, предоставь это мне.

Темнота устрашала. Дезориентировала. Сбивала с толку.

Грейс услышала, как захлопнулись задние двери грузовика.

На какой-то момент ее охватила паника.

Она в ловушке!

Но Грейс тут же расслабилась, заставила себя дышать медленно и равномерно. Конечно, очень неудобно лежать, свернувшись, в ящике, но можно и потерпеть. А вот холод был почти невыносим. Она уже чувствовала, как немеют руки и ноги. Голова ужасно болела, зубы ломило, словно она взяла в рот кубик льда.

Заурчал двигатель.

«Едем!»

Вскоре Грейс слышала только звук собственного сердца.

И мысленно произнесла короткую молитву: «Господи, не дай им проверить все ящики».