Вскрытие показало…

 — Марино помолчал, потом глубокомысленно добавил: — Так вот жаришь себе котлеты с луком и не знаешь, чем это чревато. Ведь если бы Бренда разогрела готовую запеканку с тунцом или съела бутерброд, ей, глядишь, и не пришлось бы открывать окно.

Любимое занятие всякого, кто расследует убийство, — размышлять на тему: что было бы, если? Что, если бы мистеру N не приспичило бы зайти за пачкой сигарет в ближайший супермаркет как раз в тот момент, когда двое вооруженных бандитов взяли в заложники кассиршу? Что, если бы миссис B не вздумала выбросить старый наполнитель для кошачьего туалета как раз в тот момент, когда возле дома околачивался преступник, сбежавший из тюрьмы? Что, если бы мистер R не поссорился со своей девушкой, не сел в машину и не выехал на шоссе как раз в тот момент, когда пьяный водитель вырулил не с той стороны?

— А вы заметили, что магистраль проходит всего в миле отсюда? — спросил Марино.

— Конечно. За углом, как раз перед поворотом на эту улицу, есть автостоянка, — припомнила я. — Там удобно оставить машину, а до дома жертвы можно дойти пешком.

— Нестыковочка, — возразил Марино. — Автостоянка закрывается в полночь.

Я закурила следующую сигарету и вспомнила высказывание о том, что детектив, если он хочет раскрыть преступление, должен научиться мыслить как преступник.

— Сержант, а что бы вы сделали на месте убийцы?

— На месте убийцы?

— Ну да, на месте убийцы.

— Все зависит от того, был бы я актеришкой вроде Мэтта Петерсена или просто маньяком, который выслеживает женщин и душит их.

— Предположим, вы были бы просто маньяком, — произнесла я ровным голосом.

Марино заржал, радуясь, что подловил меня.

— Ага, попались, доктор Скарпетта! Вы должны были спросить, в чем разница между маньяком-актером и просто маньяком. А разницы-то и нет никакой! Говорю вам, маньяк-актер и маньяк-сантехник ведут себя совершенно одинаково! Одинаково — и не важно, чем они занимаются днем на работе. Стоит мне, просто маньяку, выйти на дело, как все социальные различия и прочие заморочки отходят на второй план. Маньяк — он и есть маньяк, будь он хоть врач, хоть адвокат, хоть индейский вождь.

— Продолжайте.

Марино продолжил:

— Перво-наперво женщину нужно увидеть и как-нибудь вступить с ней в контакт. Например, я — коммивояжер, хожу по домам с товаром, или работаю посыльным — доставляю цветы. И вот я у двери, незнакомая женщина открывает, и мой внутренний голос нашептывает: «Это она». А может, я — строитель, работаю по соседству с ее домом, то и дело вижу ее, и она всегда одна. Я западаю на эту женщину. Может, я слежу за ней с неделю, пытаюсь узнать ее привычки — например, по свету в окнах определяю, во сколько она ложится спать, узнаю, какая у нее машина.