Поиски утраченного завтра

Ко мне вернулась боль, я остыл настолько, что нервы успевали донести весь ужас моего состояния.

Я замычал, упал, покатался по горячей мостовой. Кто-то, видимо, с перепугу, направил на меня струю какого-то ледяного газа из огнетушителя. Углекислотой, что ли, тушат? Тоже мне, великая галактическая цивилизация…

Встав, я мелкими шажками побежал вперед. Я уже не горел, я просто весь был сплошным ожогом. Никогда больше, блин, не пойду в баню!

Через решетку ограждения я перебрался самостоятельно. От меня еще шел пар, но я был нежно-розовый и даже волосы целы, только курчавились от жара. Десятка три обалдевших пожарных смотрели на меня, и даже сквозь забрала шлемов я видел, что они на грани истерики.

– Воды, блин, дайте! – рявкнул я. Из горла вылетело несколько комков огня, будто я косплеил дракона.

Пока мне тащили воду, я постоял немного, всем телом ощущая, как организм окончательно восстанавливается.

Блин, как я выбрался-то? Ну не мог я идти в этом расплаве!

Мне дали воду, и я выхлебал бутылку. Вторую вылил себе на голову. Огляделся. Разумеется, помимо пожарных тут хватало зевак и журналистов. Мое голое тело со всеми признаками пола, как и мой путь из огня, сейчас на всех новостных экранах.

Ну, может, и ничего?

Все-таки я более-менее известен. И тот факт, что меня пытались убить, несомненно, заставит и полицию, и Контроль напрячься.

Конечно, если это не работа самого Контроля.

Среди зевак я вдруг обнаружил панду. Та сидела на попе и за неимением бамбука меланхолично грызла какое-то инопланетное деревцо. Рядом стояла та самая милая рили со своими детишками. Несмотря на весь абсурд ситуации, она не забыла ладонью прикрыть глаза девочке.

Я ухмыльнулся, одной рукой заслонил хозяйство, а другой помахал рили.

Удивительное дело, она улыбнулась мне с явным женским интересом. Первый случай на моей памяти, чтобы женщина-рили глянула на человека как на мужчину! Мы все-таки на их взгляд очень некрасивые.

Мне хотелось увидеть среди зевак повара-китайца. Но я его не нашел. Это, конечно, еще ничего не значило. Надеюсь, он как-то спасся. Например, его вынес из огня феникс.

Я посмотрел в суровое лицо полицейского-хро.

Полицейский протянул мне тонкое одеяло.

– Прикройтесь. Вы арестованы.

Я рассмеялся. Оглянулся на полыхающее озеро, где сгинула башня «Вавилона».

– Слушайте, Никита, я ведь на службе, – вздохнул хро. – Мне отдают приказы, я пытаюсь их выполнять.

Мне стало его жалко. Я замотался в одеяло. Сказал:

– Хорошо, хорошо. Наручники не будете надевать?

– Не буду, – с облегчением пообещал полицейский.

– А то ведь я просто отгрызу себе руки и…

– Да не буду! – с мольбой повторил хро.