Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

– Мы не будем об этом говорить, – попросил он тихо. – Уже ничего не изменить.

Оглядел ее с головы до ног:

– Почему ты не носишь свадебный пояс?

Он удивил ее, она не была готова к тому, что он задаст вопрос так быстро. Не успела придумать ни одной убедительной отговорки.

– Никто не положит свадебный пояс пред моими дверьми. Никогда, – произнесла она резче, чем намеревалась. – Может, проглоти я гордость, могла бы дать роду нескольких детей – но не хочу. Я выбрала другой путь, чтобы служить племени.

– Какой путь, Деана?

Она всегда считала его умнейшим среди известных ей юношей. Ничего странного, что он догадался. Потому и не делал удивленного лица, не взрывался гневом, когда она провела его в свою комнату и показала оружие. Дубленая кожа ножен ее сабель была белой, словно песок в легендарной Скорпионьей Мельнице.

– Ты заслуживаешь стольких свадебных поясов, чтобы сделать из них шнур, трижды опоясывающий родовую усадьбу. А вместо них тебе даровано это, – указал он на белые ножны.

– Никто мне их не даровал, Йатех. Я сама их получила.

– Я не слышал о женщине, которая заработала бы право носить их столь молодой.

– Одиночество дает много времени для тренировок, братец. Ты тоже мог бы носить такие, останься ты в афраагре.

Он взглянул ей прямо в глаза.

– Что тут происходит, Деана?

Она знала, что он все это понимает. Знала, что понимает.

Однако не слишком-то представляла, как рассказать ему свою историю.

Он глядел на эту женщину спокойно, без эмоций. Та стояла перед ним, чуть сутулясь, с ладонями на рукоятях сабель. Он чувствовал, что, если шевельнется, ее сабли со свистом вспорют воздух и начнется бой. Некоторое время его притягивала эта мысль. Но нет, было еще слишком рано.

– Когда я смотрю на тебя, то все отчетливей вижу ваше родство, незнакомка. Тот же наклон головы, так же выставляешь ты правую стопу, готовясь к схватке, даже плечи вы опускаете одинаково. Я видел это не единожды, авантюры с женщинами, в которые твой брат встревал, частенько заканчивались поединками. – Губы его искривила невольная горькая усмешка. – Обычно короткими и довольно унизительными для противников. Я удивлялся этому, знаешь? Железному контролю, который позволял ему спокойно сносить паскудные, позорные оскорбления и не давал спровоцировать на что-то большее, чем ранение и разоружение противника. Будь я на его месте и обладай такими умениями, я оставил бы за собой дюжины трупов. Я уже говорил тебе, что первой же ночью после своего прибытия в мой дом он спас всем нам жизнь? Не должен был этого делать, я как раз уволил его со службы, но, несмотря на это, он встал против нескольких десятков бандитов и задержал их на время достаточное, чтобы мы успели прийти в себя. А еще он убил чародея, который был с ними, и спас моего сына.