Батыева погибель

В любом случае атака строем в лесу невозможна, а близко расположенные деревья и заклинание Охранного Ветра сводят на нет все преимущества монгольского боевого лука перед охотничьими однодревками русичей.

Левый берег Оки, в который упирался противоположный фланг пехотного строя, был низким, заболоченным и поросшим густыми зарослями из низких кривых елей и кустарника, жалко, что не колючего. Продраться там можно было только с большим трудом и только поодиночке, особенно после того, как Дима Колдун бросил туда заклинание путалки, из-за которого монгольских коней и спешенных монголов должен был хватать за ноги каждый куст и каждый сугроб. Обороняли это направление мелкие группы местных охотников – тех самых, которые не портят беличьей шкурки, попадая зверьку прямо в глаз.

Таким образом Шейбайни-хан, рано утром упершись лбом в этакий забор всего за один суточный переход до Рязани, должен будет непременно таранить его лбом, не имея возможности обходного маневра. Нет, конечно, возможен обходной, то есть прямой путь по цепочке замерзших озер, оставшихся на месте бывшего русла Оки, который выведет прямо к стенам Рязани. Но там все так хитро устроено, что сверху тонкая ледяная корка, под ней торфяная жижа, или сперва вода, потом торфяная жижа, а дна вообще нет. Потому что проектом оно не предусмотрено. И в наше время никакая хозяйственная деятельность в тех местах не ведется, даже добыча торфа. Слишком много мороки для ничтожного результата.

Если мокшанские проводники поведут Шейбани-хана этим путем, то туда им всем и дорога. Анастасия вызовет на них что-то вроде теплого дождя, или просто поднимет температуру болотной жижи, ускорив разложение отмерших растений, ледяная корка растает – и монгольский тумен в полном составе с бульканьем уйдет на болотное дно на радость будущим археологам. Но мокшанские проводники, видимо, не хуже рязанцев знали эти места и сказали хану, что одного или сто человек, налегке, по тропам они там проведут, а все семь с половиной тысяч вместе с обозом – ни в коем случае.

Это стало понятно потому, что монголы, обнаружившие призрачный строй воительниц, не повернули назад, к началу старицы, а начали накапливаться и выстраиваться на льду в боевой порядок. Шейбани-хан принял вызов Серегина, тем более что непосредственно мог наблюдать не более трех тысяч воинов из тех десяти, которые были готовы сразиться с монголами. Правда, боевой порядок у монгольского войска был упрощенный. Строй состоял только из тысячи всадников авангарда и основных сил, потому что речное русло, сужавшееся по мере приближения к русским позициям с двухсот до ста пятидесяти метров, не позволяло противникам развернуть полки правой и левой руки. Серегину, Велизарию и Евпатию Коловрату это было на руку.