Атомный поезд

Вот, например, бронированное стекло имеет синий оттенок и задерживает часть света. Днём это даже хорошо, а в сумерках или ночью? И насколько оно защищает кабину? Выдержит ли пулю из «АК»? Или из крупнокалиберного «Утёса»?[11] А кумулятивную гранату из «РПГ-7»?

— Тут есть технический сюрприз, — сказал Волобуев и попросил машиниста: — Ну-ка, включи!

Тот повернул рыжачок, и откуда-то снизу вылетела мелкоячеистая, довольно толстая сетка на П-образном каркасе, мигом заслонившая лобовое стекло. Между бронестеклом и проволочной сеткой оставалось чуть более метра. Всё ясно — противогранатная защита. Благодаря ей взрыватель сработает до попадания в цель, и огненная струя не достанет до кабины. Грамотно!

— Грамотно, — повторил вслух Кудасов.

— Убирай!

Рычажок повернулся в обратную сторону, и сетка исчезла.

— Она и автоматически раскрывается, — пояснил Волобуев. — Если что-то крупное летит к стеклу.

— Один раз мотоциклиста подхватила, — вырвалось у Андреева.

— Думай, что говоришь! — холодно сказал помощник начальника поезда. Машинист осёкся.

— Сейчас заправка, — виноватым тоном продолжил он. — Смотреть будете?

Волобуев расстегнул верхние пуговицы рубашки, вытер с лица пот.

— Давай посмотрим. Для стажёра это полезно.

Но Александр понял, что тому просто не хочется возвращаться в железную коробку без окон.

Через несколько минут пейзаж изменился: лесополосы исчезли, впереди до самого горизонта лежала равнина. Кудасов обратил внимание, что полотно здесь было двухпутным. А впереди одинокий локомотив тянул одну-единственную цистерну. БЖРК уверенно догонял его.

— Семён, давай! — скомандовал машинист, и помощник вышел из кабины. В глубине тепловоза что-то лязгнуло, внутрь повеяло свежим ветром, атмосфера стала совсем другой.

БЖРК догнал цистерну, некоторое время локомотивы уравнивали скорости и наконец пошли как скакуны у финишной ленточки — ноздря в ноздрю. Снова что-то загремело, раздался лязг, на панели зажглась жёлтая лампочка.

— Есть контакт! — доложил Андреев неизвестно кому.

— Закачиваем!

Локомотив, тянувший цистерну, опережал локомотив БЖРК на полкорпуса. Скорость была прежней — около шестидесяти километров в час.

— Сейчас мы по шлангу топливо перекачиваем! — пояснил Волобуев. — Вот, видишь стрелку!

На одном из датчиков стрелка двигалась почти от нуля к середине шкалы. Медленно, но верно.

Кудасов представил, как несутся сцепленные шлангом поезда. Если впереди окажется какое-то препятствие…

Стрелка добралась до конца шкалы. Сзади лязгнуло, жёлтая лампочка загорелась зелёным цветом.

— Контакт завершён! — снова сказал машинист.

Александр подумал, что он докладывает Волобуеву, но тот никак не реагировал.

— Кому доклад-то, товарищ майор? — спросил старлей.