Атомный поезд

Вдоль бронированной стенки Волобуев и Кудасов обошли грохочущие дизеля и, наконец, оказались в кабине. Машинист с помощником тоже были голыми по пояс, зато нижнюю часть тела прикрывали форменные брюки, хотя неуставные шлёпанцы окончательно портили впечатление.

— У них тут вольница! — неодобрительно проговорил Волобуев. — Как хотят, так и одеваются, на построение не выходят, и их почти не проверяют… Курорт!

— Это вы зря, товарищ майор! — обиделся коротко стриженный машинист с густой проседью в чёрных волосах. — У меня налёт на сверхзвуковиках почти тыща часов да два катапультирования… А поседел-то я здесь, а не там! Когда эти забастовщики на рельсах сидели, думаете, просто мне было инструкцию выполнять? Они-то, слава богу, разбежались, но в мыслях-то я их уже раздавил! То есть нервы пожёг, а обратно их не восстановишь! Конечно, с одной стороны, греха на душе нет, а с другой — я его уже взял, когда мысленно их всех колёсами порезал!

Волобуев нахмурился.

— Вот что, Андреев, ты мне тут антимоний не разводи! Ты зачем свою тыщу часов налетал? Для удовольствия? Нет, ты готовился жахнуть вниз, если приказ придёт! А чего теперь святого разыгрываешь? Запомни, у нас здесь святых нету!"

"— Да не святой я, — поморщился машинист. — Просто там одно, а здесь другое! С высоты ничего не видать, по приборам работаешь! А здесь вот оно — все перед глазами…

И действительно, в отличие от всех остальных помещений спецпоезда из кабины машинистов открывался вид на окружающий мир. Мир этот, правда, на скорости надвигался спереди и размазанно скатывался по бокам локомотива. Но всё равно можно было определить — ночь снаружи или день, солнечно или дождливо, можно было увидеть людей и животных, различить названия станций… Всего этого явно недоставало в вагонах.

— Красотища какая, — заворожённо сказал Кудасов, и, оказалось, невпопад.

— Приходи, становись, — раздражённо сказал машинист. — Даже под обычный поезд знаешь сколько людей попадает? Если долго работаешь, то пятьдесят-шестьдесят человек на тот свет отправишь! Многие сами кидаются, многие по пьянке или по нерасчётливости… Кто слепой, кто глухой… А если ещё не тормозить? Тогда сколько наберёшь? Вот тебе и красота!

Кудасов не отвечал. Он любовался смазанными лесополосами, багрово-красным заходящим солнцем, промелькнувшей стеклянной струёй речушкой и даже мысленно ощущал прохладный и свежий воздух.

— Ладно, хватит романтики! — бесцеремонно сказал майор. — Перейдём к тактико-техническим данным. Дизеля имеют двойной запас мощности, стекло пуленепробиваемое…

Он добросовестно пересказывал техническое описание, которое Кудасов уже неоднократно прочёл. Теперь главное — увидеть, пощупать и понять то, о чём читал в толстых инструкциях.