Подруга пирата

Она почувствовала, что освободилась от напряжения, которое долгое время лежало тяжелым грузом у нее на душе. Сегодня вечером она великолепно проведет время.

И как только она вошла в зал, тут же к ней было приковано внимание всех мужчин. Многих из них она узнала еще до того, как они начинали говорить. Других определяла по голосам. На каждое приглашение танцевать она отвечала отрицательным покачиванием головы, и ее фальшивые черные волосы щекотали шею. Глаза под маской осматривали комнату в поисках только одного человека. Блекстоука она узнала по его костюму. Он говорил ей, что будет наряжен адмиралом королевского флота. Но ее взгляд лишь на секунду задержался на нем и двинулся дальше.

— Египетская королева, — произнес чей-то голос из-за ее спины.

Лоб мужчины был туго обвязан яркой косынкой. Его белая блуза, расстегнутая на груди, обнажала темные волосы на бронзовой коже. Плотные облегающие черные бриджи были подпоясаны красным кушаком, а на талии висел кинжал с черной рукояткой. Он выбросил вперед руки и, поймав ее, ближе пододвинул к себе. Считанные секунды смотрел на нее сверкающими черными глазами, а потом завальсировал с ней по комнате.

«Знает ли он, кто я?» — размышляла Джасинда.

И будто прочитав ее мысли, он спросил:

— Вы подумали, не узнаю ли я вас, моя королева?

— Что мне за дело до того, что вы меня узнаете? — прошептала она, стараясь придать своему вопросу надменный тон, но из-за легкой дрожи в голосе этого не получилось.

Он замолчал, словно обдумывая ее слова.

— Я не уверен, есть вам дело или нет, — ответил он наконец. И после долгой паузы мрачно добавил: — Возможно, моя королева, вам лучше уйти, чтобы не беспокоиться ни о чем.

— Тогда я не уйду, мой пират, мне не о чем беспокоиться, — солгала она. Это была ложь, и с каждым движением по залу она понимала, что взволнована очень сильно.

Они станцевали один танец, затем — второй… а затем еще и еще. Джасинда не могла вырваться из его объятий, хотя знала, что должна найти Блекстоука.

Он придет в ярость, если обнаружит, что она была здесь все это время и танцевала с другим мужчиной, в то время, когда ей следовало быть с женихом. Но ей не хотелось думать ни о нем, ни о его плохо скрываемых угрозах прошлого вечера. Ей хотелось думать только о настоящем, о том, что она рядом с Тристаном, в его объятиях.

В вихре вальса они приблизились к дверям, ведущим в библиотеку, и Тристан, кружась, провел ее через открытые двери. Не останавливаясь, он толчком закрыл за ними дверь, продолжая танцевать, кружа ее в мягком полумраке библиотеки. Внезапно, он остановился, но руки не выпускали из объятий Джасинду. Наоборот, он еще ближе прижал ее к себе.

Девушка почувствовала головокружение, с трудом могла дышать.