Подруга пирата

Тристан тронул ее руку.

— Позвольте мне, — он взял под уздцы белого арабского скакуна и подвел к хозяйке. — Разрешите? — спросил он, потом с легкостью поднял Джасинду в седло, его руки на какое-то мгновение дольше, чем было надо, задержались на ее талии.

— Всего доброго, капитан, — сказала она тихо, но решительно.

Он отнял руку и сделал шаг назад, уступая ей дорогу.

— Встретимся вечером, леди Джасинда! — крикнул он вдогонку девушке, уносившейся на Пегасе к дому.

Джасинда сидела необыкновенно спокойно, пока Мэри наносила ей на глаза черную линию.

— Вот, — сказала с удовлетворением служанка. — Вы готовы, мисс, и я не думаю, что кто-нибудь узнает вас на маскараде.

Джасинда повернулась, чтобы посмотреть в зеркало. Мэри была права. Она себя не узнавала."

"Поверх ее рыжих волос был надет черный парик, остриженный по плечи. Весь костюм составляла простенькая белая туника, тяжелое золотое ожерелье вокруг шеи и золотой пояс на талии. И хотя туника почти полностью прикрывала грудь, казалось, что она обнажает гораздо больше ее красивую фигуру, чем любое из действительно дорогих нарядов с их глубокими вырезами. Стоя перед зеркалом, Джасинда вдруг почувствовала себя свободной и легкомысленной, чего она не испытывала уже много недель, а, возможно, и месяцев.

— Ваша маска, миледи, — из-за спины сказала Мэри.

Золотая маска закрывала нос и глаза, оставляя лишь узкие щелочки для того, чтобы смотреть. К краю маски была приделана густая белая вуаль, скрывающая от глаз остальную часть лица.

— Много уже гостей внизу, Мэри? — спросила Джасинда.

— Да, мисс. По-моему, дом уже почти разошелся по швам.

— Тогда я пройду вниз через черный ход. Я проскользну вокруг и подойду к парадной двери, как будто одна из приглашенных. Посмотрим, сможет ли хоть кто-нибудь догадаться, кто же такая царица Египта. — Она громко рассмеялась. — И не думай никому говорить, Мэри, иначе я больше никогда не буду разговаривать с тобой.

— Ни одна душа не узнает, мисс! Даю слово!

Джасинда поспешно прошла вниз по коридору и вышла через боковой вход, быстро проскользнув через отверстие в изгороди, прежде чем ее успел кто-нибудь увидеть. Девушка дождалась, пока вокруг никого не стало, и степенно направилась к парадной двери. Сердце колотилось в груди. Узнает ли ее лакей, когда откроет дверь?

Джеймс с присущим ему безразличным выражением лица нагнулся в приветствии, когда Джасинда входила в дом. По случаю костюмированного бала он не поинтересовался ни ее именем, ни оповестил о приходе, и Джасинда в полном молчании последовала в зал.

Оркестр играл веселую мелодию. Танцующие в самых разнообразных костюмах кружились по комнате. Атмосфера была праздничной, воздух зала сотрясали громкие взрывы смеха. Джасинда улыбнулась под вуалью.