Закон подлости

После чего лицо ладонью потёрла, сгоняя с себя остатки сонливости и усталости. Но на всякий случай решила переспросить:

- Как это?

- А вот не знаю как! – снова заголосила мать в явной панике. – Маша, я совершенно не знаю, что делать!

- Мама, подожди!.. Ты уверена? Точнее, она уверена?

- Уверена! Эта паразитка, эта паразитка три месяца скрывала!

- Господи… А кто отец?

- Глеб Голиков. Племянник Мишиных.

Глеба Голикова Маша отлично помнила. И от этого всерьёз нахмурилась, и решила уточнить:

- А сколько ему лет?

Галина Ивановна прямо ответить не смогла, не хватило выдержки, и вместо этого она дочь оповестила:

- Маша, я написала заявление в милицию! Она несовершеннолетняя, а он… лоб здоровый! – И тут же переспросила: - Я ведь правильно сделала?

Маша тёрла и тёрла переносицу.

- Я пока не знаю, мама. Я… сейчас собираюсь и еду к вам.

- Приезжай, Маша, приезжай. – Галина Ивановна всхлипнула. – Иначе я сойду с ума. Я засужу этого мерзавца, засужу.

- А Света?

- А эту идиотку выпорю!

Вряд ли это было способно разрешить проблему.

Что за день? В разгар суматошных сборов, когда Маша кидала в сумку свои вещи, не до конца понимая, на сколько она едет, что ей там понадобится, а что нет, позвонил Стас. Маша остановилась посреди комнаты, смотрела на фотографию бывшего жениха на экране, одновременно собираясь с мыслями. Их было много, они все были путанные и, казалось, что голова от их количества вот-вот лопнет. А тут ещё Стас. Но Маша всё равно руку за телефоном протянула, на звонок ответила.

- Привет, Стас. – Голос звучал серьёзно и сдержанно, Маша сама это отметила. И Стас расслышал, по всей видимости, насторожился.

- Привет. Я уже волноваться начал.

- По поводу?

- Маша, ты не отвечаешь на мои звонки.

Она остановилась посреди комнаты, осторожно выдохнула. Сердце странно трепыхалось в груди, всё-таки от волнения.

- Извини. Я была занята.

- Чем? Чем ты ночью была занята?

Очень интересный вопрос.

- Стас, не преувеличивай. Вечером я просто не слышала, а сейчас… мне не до разговоров.

- Что-то случилось?

- Да, дома неприятности, мне нужно ехать к родителям.

- Что-то серьёзное?

- Достаточно серьёзное. Надо поехать и разобраться.

- Понятно. Дела семейные.

- Да."

"Они замолчали, Маша смотрела в окно и цеплялась пальцами за край подоконника. Стас молчал, это молчание что-то значило, а Маша не могла, не хотела знать, что именно. Её до безумия пугало то, что одно её неосторожное слово наведёт Стаса на мысль о том, что она совершила. Что прошла всего одна ночь, и в эту ночь она предала, даже не его, а их отношения, и свою мечту о будущем рядом с ним. Вряд ли она сможет просто вычеркнуть из памяти Харламова. К тому же, он не чужой человек, он родственник, они будут встречаться постоянно, и покоя ей не будет. Она изведёт себя чувством вины.