Подарок мертвеца

А почему бы нам не проверить?

Толливер открыл ноутбук и подключился к интернету отеля. Мы начали небольшое расследование преступления, из-за которого в данный момент находились в этой комнате. Я сидела рядом с Толливером, обхватив его за плечи, пока он поднимал знакомую историю и фотографии полуторагодовалой давности. Я забыла многие детали, и теперь, когда знала обо всех вовлеченных в историю людях, фотографии производили куда более сильное впечатление.

Прежде всего я заметила, что на множестве снимков фигурирует агент Сет Кениг. Он был на заднем плане большинства фото, имевших отношение к исчезновению девочки. На всех фотоснимках, был ли он на переднем плане или разговаривал с кем-нибудь на заднем, лицо его оставалось абсолютно серьезным — человек, поглощенный своей миссией.

Меня потрясло то, как состарились Моргенштерны после похищения Табиты. Даже Виктор выглядел теперь более взрослым, хотя в его возрасте, наверное, следовало этого ожидать. На фотографиях Диана была на пять с лишним лет моложе, а Джоэл… Джоэл казался более светлым и веселым. Сейчас он по-прежнему был харизматичным и красивым, но походка стала тяжелее, будто он нес на плечах тяжелую ношу. Мне не хочется говорить об этом банальными словами, но так оно и было.

Мы порылись в историях, освежая память.

Тем теплым весенним утром в Нэшвилле дома с Табитой была только Диана. Джоэл ушел на работу за два часа перед этим. Весна — всегда хлопотливое время для бухгалтеров, и Джоэл по субботам часто уходил на работу и сидел там допоздна. В ту субботу он пришел на работу так рано, что никто не видел, когда он там появился. Джоэл рассказал полиции' что несколько других бухгалтеров явились в офис когда он находился там уже час.

Хотя до похищения Табиты за ним никто непрерывно не следил, другие служащие после своего появления видели его на работе постоянно. Таким образом, он едва ли мог совершить преступление, и все же такая возможность оставалась.

Что касается Дианы, она рассказала нам, чем занималась: спорила с дочерью, говорила по телефону, готовилась отправиться в магазин. И в это время ее никто не видел. Вот и надейся получить информацию о родителях.

Сводный брат Табиты Виктор тоже встал рано тем утром. В восемь утра он поехал в теннисный клуб, и его занятия там продлились час. А потом, по словам Виктора, он просто остался поблизости от теннисного корта, чтобы постукать мячиком о стенку и поговорить с друзьями. Друзья, очевидно, помнили, что видели Виктора, но не были уверены, когда именно это было.

Если верить словам одного из его друзей, Виктор не очень любил Табиту. Но этот «друг» не смог привести никаких точных слов, которые Виктор когда-нибудь сказал бы о Табите, — только то, что он считал ее избалованным отродьем.