Подарок мертвеца

— Мы не обязаны с вами разговаривать, — повторила я слова Толливера.

— Если вы занимались чем-то связанным с Табитой Моргенштерн, мне нужно об этом знать. — Его голос был резким и твердым.

— Пошел ты! — отрезала я.

Толливер испуганно взглянул на меня. Обычно я так себя не веду. Но мне хотелось убраться от этого парня. Брат отпер дверь и быстро провел меня внутрь. Мы захлопнули за собой дверь.

— Он одержим своей неудачей, — заявила я, начиная раздеваться.

Я заметила, что, несмотря на все усилия, обувь моя заляпана кладбищенской грязью. Позже надо будет обязательно ее почистить. Но сейчас у меня просто не оставалось сил.

Я чувствовала себя ужасно: измученной, слабой расстроенной.

— Я должна принять душ и отправиться в постель. Прости, что от меня мало толку.

— Не говори так, — возразил Толливер. Он ненавидел, когда я извинялась.

Я часто думала и иногда говорила вслух, что брат был бы богаче, если бы не взял на себя роль моей опоры. Но когда я пыталась вообразить, как отправляюсь в дорогу одна, то сразу чувствовала в животе огромную дыру, которая отказывалась чем-либо наполняться. Я пыталась держаться в форме, делала все, чтобы оставаться здоровой, но факт оставался фактом: иногда преследовавшие меня физические проблемы просто оказывались сильнее меня. И хотя я любила свою работу, она высасывала из меня силы.

Что получал Толливер, сопровождая меня, я просто не могла понять. Но он, похоже, хотел этим заниматься и, когда я пыталась заставить его найти более подходящее дело, обвинял меня в том, что я упиваюсь жалостью к себе.

Тем временем у нас все было общим: деньги были нашими деньгами, машина была нашей машиной, планы, и проведение в жизнь намеченного маршрута тоже были общими.

— Давай, — сказал Толливер, обнимая меня за плечи, чтобы помочь войти в комнату. — Подними руки.

Как ребенок, я подняла руки, и он стащил с меня свитер.

— Я села, и он снял с меня обувь и носки. Я встала, и он расстегнул молнию на моих джинсах.

— Все в порядке, — сказала я. — Дальше я сама.

— Уверена? Тебе нужна конфета? Нужно выпить?

— Нет, только душ и постель. Когда я посплю, все будет хорошо.

— Позови, если я тебе понадоблюсь, — сказал брат и вернулся в гостиную.

Пока я лежала в ванне, мне показалось, что я слышу как зазвонил мобильник Толливера, но мне было просто все равно, кто звонит. Я полежала в горячей душистой воде, потом стала тереть себя до тех пор, пока кожа не порозовела. Вытершись и надев пижаму, я пришла в негодование, обнаружив, что все еще слишком взвинчена и не смогу уснуть.

Я включила телевизор, чтобы под него накрасить ногти. Я решила покрасить их в красивый темно-красный цвет, который выглядел осенним, и мирно занималась этим полчаса.