Подарок мертвеца

Поэтому я нечасто потакаю подобным мыслям. И в тот момент мне тоже нужно было спрыгнуть с поезда подобных рассуждений. Не грезить наяву, а сосредоточиться на том, чтобы помочь Толливеру составить пресс-релиз. То, что он сказал Шелли Квайл, представляло суть политики, которой мы придерживались. Мы начали лишь разукрашивать ее.

Было трудно представить, что кто-нибудь нам поверит: в конце концов, какова вероятность того, что те же люди, которые потерпели неудачу в поисках тела в Нэшвилле, нашли его в Мемфисе? Но мы должны были попытаться все-таки убедить их.

Мы как раз закончили печатать наши заявления, когда мне пришлось ответить на телефонный звонок. Менеджер гостиницы сказал:

— Мисс Коннелли, тут внизу какие-то люди, которые хотят подняться и поговорить с вами и с мистером Лэнгом. Вы принимаете посетителей?

— Кто они такие, скажите, будьте добры?

— Моргенштерны. И еще одна леди.

Диана и Джоэл. Сердце у меня упало. Но через это следовало пройти.

— Да, пошлите их наверх, пожалуйста.

Толливер шагнул в гостиную, чтобы известить Арта и показать ему наше заявление. Адвокат прочитал его и, пока мы ждали посетителей, сделал несколько несущественных поправок. Через две или три минуты раздался стук в дверь.

Я сделала глубокий вдох и открыла. Это был еще один шок за день, и без того полный потрясений. Детектив Лейси сказал нам, что Диана снова ждет ребенка, но я не представила себе этого мысленно. Увидев ее теперь, я поняла, что детектив не ошибся. Диана Моргенштерн была и в самом деле беременна — как минимум на седьмом месяце. Она все еще оставалась красивой. С короткими шоколадными волосами, с большими темными глазами, красотой которых она не была обязана макияжу, с маленькими ртом и носиком, Диана смахивала на очень хорошенького лемура. Однако в данный момент выражение ее лица было просто тупым от потрясения.

Ее муж, Джоэл, ростом около пяти футов десяти дюймов, был коренастым и сильным с виду. В колледже он занимался борьбой — я помнила призы в его кабинете в их доме в Нэшвилле. Светло-рыжие волосы, ярко-голубые глаза, румяное квадратное лицо и нос, похожий на лезвие ножа. Как все это, вместе взятое, сочеталось в мужчине, на которого все женщины невольно обращали внимание, я понятия не имела. Джоэл Моргенштерн полностью сосредоточивался на человеке, с которым говорил. Возможно, в том и заключался секрет его магнетизма. К чести Джоэла, следовало сказать, что он, похоже, не сознавал своей притягательности, а может, принимал ее как должное, потому что даже не думал о том, какой эффект производит на женщин.

В Нэшвилле, даже при тогдашних обстоятельствах, я заметила, как представители прессы женского пола собираются вокруг него.