Подарок для герцога. Вернуть отправителю!

 – С каких пор вы не отвечаете на мои письма, дражайшая супруга?

– С… с сегодня, – призналась, поглядев в темноту под столом. Где-то там стояла урна, хранившая невскрытый конверт от генерала.

– Впредь все же читайте корреспонденцию, – шипел он. – Ответь вы сразу, я не терзал бы себя неуместными сомнениями. И не пошел бы отвлекаться от них… в другое место.

– В театр. С Сиеллой, – напомнила яростно.

– С ней, да… Она вариант проверенный. В меру интересный, но не более. Всегда спасает, когда я на грани, – беззастенчиво вываливал мне кворг. – Иначе беды не миновать.

– И как, хорошо отвлеклись с проверенным вариантом?

– Не успел. Меня отвлекли.

– Ох, прошу прощения… – фыркнула я и впилась в его спину ногтями.

Раззадоренный боевыми ранами, Габ опасно зарычал и принялся оттеснять меня к подоконнику.

– И вы смогли бы? Думать об одной девушке и снимать напряжение с другой?

– Я способный. Ради вашего благополучия…

– Вы собирались залезть к рыжей хэссе под юбку ради моего благополучия? – взвилась я.

– Теперь уж поздно. Разгребайте сами, – процедил Габ и закинул меня со всеми юбками на подоконник, предварительно стряхнув с него пару пыхтящих черных комков. – Занято. Идите на пол!

– Да что вы…

– Прогонять не пытайся. Я твой муж, Ализа. И теперь уж никуда не уйду.

В подтверждение угрозы Габриэл вжался в меня до скрипа оконной рамы и вернул мои дрожащие руки себе под рубашку. Заурчал довольным котом, покусывая ухо и наглаживая растрепавшиеся волосы.

Вспомнив сахарное послевкусие предыдущих компенсаций, я сдалась. У меня тогда чуть зависимость не развилась, да… А может, развилась все же.

– До чего ж глупо… – бормотал Габриэл, помогая мне избавиться от частично расшнурованного, частично порванного корсажа.

– Хотеть собственную жену? – уточнила, машинально оцарапывая его лопатки. Словно личные метки владения ставила.

– Именно, – подтвердил муж, торопливо покрывая поцелуями лицо и плечи. – Ализа, ты даже не догадываешься… Как рискуешь… Не смей, не смей…

– Что не сметь?

Сознание плавилось от жарких поцелуев, и вся его речь казалась полной бессмыслицей.

– Залезать в мое сердце. Пробираться под кожу. Волновать мои мысли. Не вздумай, девочка.

– Угрожаешь?

– Не я, Ализа… Не я, – обреченно прошептал он, решительно сгреб мои юбки в охапку и принялся удовлетворять наши оставшиеся потребности. Которых, к стыду, за время разлуки накопилось преступно много.

Хельмы возмущенно пыхтели внизу, горюя по нагретому местечку. Мне было перед ними почти совестно. Почти.

– О, богини… – промычала, извиваясь на чертовой жердочке и в судорогах хватаясь за штору.

– Богини тут абсолютно ни при чем, – самодовольно мычал Габ, с полной самоотдачей компенсируя все, что накопилось.