Подаренная ему

Стоило Алексу открыть передо мной дверцу, я без слов уселась на переднее сиденье внедорожника. Обойдя машину, он сел рядом – за руль, и я снова почувствовала исходящий от него запах крепкого алкоголя. Зажав ладони меж бёдер, смотрела, как открываются ворота гаража. Небо было чистым и звёздным, а желтеющая луна походила на откусанную сырную головку. Кофту я так и не надела, и она лежала у меня на коленях скомканной тряпкой.

Машина тронулась с места, а я так и продолжала смотреть на луну до тех пор, пока она не скрылась от меня. Выдохнула и, забравшись на сиденье с ногами, обхватила колени. Понимая, что должна что-то сказать, попробовать переубедить его, я не могла выговорить ни слова. Внутри было холодно и пусто. Сколько он выпил? Что может сделать? Где он был всё это время?

К горлу подступили слёзы, дышать стало тяжело и даже немного больно. Этого и стоило ожидать. Кому нужна переломанная игрушка? Починить?! Нечего тут уже чинить… Кажется, он это понял. Должно быть, теперь ему и прикасаться-то ко мне будет отвратительно. Сколько я пыталась отмыться от всей той грязи, в коей была вымазана? Сколько?! И что? Ничего… Что меня ждёт? Питомник или новый хозяин? А может быть, что-то ещё…

Преодолев главные ворота, внедорожник зашуршал шинами по асфальту, и я уставилась в лобовое стекло. Свет фар выхватывал из темени разметку дороги, стволы деревьев и очертания кустарников, а я сидела и смотрела в одну точку, борясь с желанием заплакать от собственного бессилия. Могло ли быть иначе? Нет, и я знала это изначально.

– Алекс… – негромко позвала я, проглотив горький комок и, когда он не откликнулся, положила ладонь ему на бедро.

Может быть, мне всё же удастся переубедить его? Потому что проходить всё заново… Теперь, когда моя броня дала трещину, я не была уверена, что выдержу. Я не должна была доверяться, рассказывать… Не должна! Зачем я это сделала?!

Ладонь моя устремилась вверх, к его паху. Ведь прежде он хотел меня! Сильно хотел, и я всегда чувствовала это. Если он думает, что теперь не должен, или я не смогу…Он не пошевелился и не посмотрел на меня, лишь пальцы крепче сжались на руле, и напряглись мышцы. Я продолжила. Расстегнула нижнюю пуговицу на рубашке, затем ещё одну и, склонившись, прижалась губами к его животу. Тронула кончиком языка и стала поглаживать начавший твердеть пах.

– Что ты делаешь? – пальцы Алекса стальным обручем сомкнулись на моём запястье, машина замедлила ход.

Я выдохнула и, перебравшись к нему на колени, стала покрывать поцелуями его шею.

– Пожалуйста, не надо, Алекс, – отчаянно зашептала я, – прошу тебя, не надо.

Пальцами свободной руки я быстро принялась расстёгивать оставшиеся пуговицы, и едва рубашка оказалась распахнутой, снова дотронулась до ширинки.