Соль под кожей. Том второй (СИ)

С этой точки зрения нас как минимум спалят вдвоем, но я же не бандит и не бомж, чтобы одно рукопожатие под камеры превратилось в несмываемое пятно на репутации.

Местом, пользующимся дурной репутацией, «Éclat de Saveur» тоже не выглядит, наоборот — они как будто даже голубям доплачивают, чтобы не срали на гранитную площадку возле входа.

Значит, дело в чем-то другом.

Ну или у меня уже паранойя, и Авдеев, как любой нормальный мужик, не любит переплачивать много денег за понты, несмотря на то, что может себе это позволить. Я бы мог узнать о нем все в течение нескольких часов — как живет, чем дышит, всю публичную информацию и не публичную тоже. Грешки, которыми этот чувак точно не гордится, тоже обязательно вытащил бы наружу. Но я сознательно этого не делаю, потому что хочу оставить свое сознание стерильно чистым для первого впечатления. Все мы натворили делов — уж точно не мне осуждать кого-то за то, что он жил так, как жил. Что не делает нас отбитыми козлами по определению. Я хочу посмотреть на этого мужика и понять, кто он теперь. Чуйка на говно, даже если оно с брутальной бородой и с крестиком на груди, меня никогда не подводила.

Подождав пару минут, тянусь к меню. Минус — названия, которые никак ни намеком не говорят, что за ними скрывается, и добрая половина их них — на французском. Плюс — позиций в меню не много и все они вписываются в общую гастрономическую идею заведения, а не натасканы из разных кухонь под все на свете запросы. А потом сиди и думай, сколько столетий назад сварен рис на суши в меню мясного ресторана.

— Готовы сделать ваш заказ? — слышу над ухом женский голос, который кажется смутно знакомым.

Я поднимаю голову, надеясь увидеть какое-то полузнакомое женское лицо, с которым где-то когда-то случайно потрахался в туалете, но, как говорится, не с моим везением.

Марина.

Тот случай, когда я хотел бы получить выборочную амнезию и навсегда забыть и ее саму, и все, что с ней связано. Обращаю внимание, что она одета в типовую форму официанток, а еще у нее точно не рабочий маникюр и полный набор статусных украшений. И вишенка на торте- часы от известного швейцарского бренда — точно не та вещь, на которую можно заработать мытьем посуды, пусть даже в элитном ресторане.

Вывод о том, кто она здесь, напрашивается сам собой.

А может я просто до сих пор хорошо помню ее амбициозные планы на эту жизнь, которые Марина не стеснялась озвучивать даже когда обслуживала вялые хрены олигархов за пятизначный ценник.

— Поздравляю, — я снова опускаю взгляд в меню, делая вид, что до сих пор занят поисками блюда, которое скрасит мой сегодняшний одинокий вечер, — ты все-таки это сделала.

— А у тебя всегда была блестящая интуиция, — прищелкивает языком Марина и, перестав ломать комедию, усаживается напротив.