Соль под кожей. Том второй (СИ)

Я только что вышла с длинного тухлого совещания и планировала сожрать целую упаковку обезболивающих в надежде, что это хоть немного притупит жуткую головную боль. После встречи с Вадимом пошли уже вторые сутки и с тех пор меня преследует жуткая, не прекращающаяся головная боль. Если бы не таблетки — я, наверное, уже загремела бы в дурку или пошла по пути Ван Гога и отрезала себе что-нибудь «ненужное».

— Валерия Дмитриевна!

Пока я кое-как перебираю ногами в сторону лифта, потому что точно не одолею два лестничных пролета вниз, меня догоняет Таня — помощница финансового директора.

— Вот, Игорь Петрович сказал, что вы забыли.

Смотрю на свой толстый ежедневник и не сразу соображаю, почему он вдруг оказался в посторонних руках. Там, конечно, нет никакой секретной информации — даже во времена наивной юности я не рисковала доверять свои мысли и планы бумаге — но там, блин, вся моя жизнь.

Быстро выхватываю блокнот, бросаю короткое «спасибо» и буквально пулей бросаюсь в пустую кабинку лифта. Но прокатиться без попутчиков все равно не судьба — ко мне присоединяется сразу вся команда из бухгалтерии, и от разлива ароматов их духов, моя голова взрывается с новой силой. Ехать всего несколько секунд, но даже они кажутся вечностью.

Наружу я вываливаюсь буквально как в сцене из дешевого фильма, где плохонькая актриса изображает рвотные позывы. Опираюсь рукой на стену и вот так, не обращая внимания на окружающих, добираюсь до женского туалета. До конца рабочего дня еще часа три, ноя была здесь раз десять — умывалась холодной водой в надежде прийти в чувство. Это помогло, жаль только, что ровно на десять минут. Но стоит войти внутрь, как от резкого химозного запаха освежителя воздуха вой желудок сдается. Я едва успеваю спрятаться в кабинке, прежде чем меня несколько раз выворачивает наружу.

Да блин.

Внутренности как будто подпрыгивают к самому кончику языка, но когда рвать становится нечем, я просто обессиленно сажусь на крышку унитаза и пытаюсь справится с головокружением."

"— Эй, Маш?! — слышу женский голос, и еще чьи-то шаги. Далеко, видимо, около стойки с раковинами. — Это тебя там так ребенком тошнит, наша ты дважды беременная.

Понятия не имею, о какой Маше идет речь, но мне точно не надо, что мою рвоту тут же растиражировали как «скорое пополнение в семействе Большого Босса». Поэтому, зажав рот рукой, издаю невнятное мыгуканье, и на всякий случай проверяю, заперлась ли изнутри. Кажется, порядок.

— Этот день вообще когда-нибудь кончится? — говорит другой женский голос, в котором я узнаю писклявые нотки личной помощницы Андрея. — Еще и эти новости ужасные.

— Да уж, а еще говорят, что богатые живут до ста лет.

— Ужас просто. Кто бы мог подумать.