Соль под кожей. Том второй (СИ)

Вадим встает, быстро сокращает расстояние между нами — с его-то ростом ему для этого требуется всего пара шагов — и за руку затаскивает обратно внутрь. Я пытаюсь вырваться, но он буквально как куклу усаживает меня на стол и тут же ставит руки по обе стороны моего тела, как будто заключая в клетку.

Это слишком близко.

Его запах кожи, лаванды и нотка какой-то горечи, непозволительно сильно кружат мне голову."

"— Просто для справки, — Вадим, несмотря на то, что между нами уже почти нет свободного пространства, все равно как будто старается держаться на расстоянии. — Обычно я не хватаю женщин, не распускаю руки и не позволяю себе ничего такого, что сделал только что. Но в ввиду некоторых обстоятельств, а так же чтобы сохранить твое драгоценное инкогнито, над которым ты так дрожишь, сделал то, что сделал. Прошу за это прощения.

— Прощаю. А теперь отвали.

Я подаюсь вперед, пытаясь выскользнуть, но в итоге мы оказываемся буквально но с к носу. И пока в моей голове по этому поводу нет ни единой приличной мысли, левый уголок его губ как бы невзначай дергается вверх.

— Напомнить, чем закончилась твоя прошлая попытка заставить меня отвалить? — Он наклоняется ниже, и его рваная челка щекочет кончик моего носа.

— Скажи спасибо своей шикарной заднице, — огрызаюсь в ответ.

— Я уже кажется говорил, что не разговариваю со своим членом, Лори. Так вот — других частей тела это тоже касается.

Разговаривать с ним чертовски тяжело, потому что в этом мужике просто отсутствуют любые не правильные реакции. Он как будто тоже заранее готовился к встрече, досконально продумал каждый ответ на любую фразу и теперь ситуация идет четко по его сценарию. Я никогда не была поклонником теории заговора, но все выглядит так, будто из нас двоих только я шла в «никуда» и на «авось».

— Хорошо, ладно. — Сдаюсь. Похоже, все мои попытки отделаться от разговора, только приблизили его неизбежность. — У тебя есть твои пять минут возле микрофона. Но прежде чем ты начнешь, просто имей ввиду — мое отношение ко всему этому никак не изменится. Что бы ты ни сказал — это не имело значения уже вчера.

— Это твоя ремарка?

— Да, блин, а на что это еще похоже?

— Просто уточняю, чтобы сделать свою — у меня ладони зудят от желания перевернуть тебя жопой вверх и отделать так, чтобы все следующие дней ты вспоминала обо мне каждый раз, когда будешь садиться.

Я открываю рот, тобы обозвать его извращенцем и мудаком… но ничего не могу сказать, потому что его вздернутая с вызовом бровь и все выражение лица как бы намекают: «Давай, только дай мне повод и я обязательно им воспользуюсь».

— Ты не мог бы… — Взглядом даю понять, что ему лучше бы отойти. И добавляю уже почти миролюбиво: — Считай, что твои аргументы были разумными. Я не сбегу.