Соль под кожей. Том второй (СИ)

— Ясно, — коротко говорит он. — Откуда ты знаешь? И что именно знаешь?

— Это длинная история. Она не имеет никакого отношения к тому, ради чего мы тут встретились, поэтому не вижу смысла выкапывать старых покойников. Скажу только, что если бы я знала, о тебе и Марине, то ничего не было бы. Но случилось так, как случилось. Больше не повторится.

— И все же, я настаиваю, чтобы ты объяснила, что именно ты знаешь. Потому что у меня есть некоторые сомнения на счет того…

— А вот у меня нет никаких сомнений в том, что я не хочу обсуждать эту тему. И если ты будешь настаивать — я буду вынуждена уйти, даже если это будет сулить мне потерей надежного союзника."

"Вадим только слегка поджимает губы, но этого достаточно, чтобы я почти физически почувствовала исходящее от него раздражение. И чтобы хоть как-то скрыть это, он снова откидывается на спинку дивана, где тень частично «смазывает» черты его лица. Нужно что-то сказать, но я почему-то не рискую снова первой открывать рот. Как будто вот здесь уже наметилась окончательная черта, после которой каждое необдуманное слово будет стоить мне буквально валить в известном направлении. Конечно, Вадим не скажет это буквально — за все время нашего короткого знакомства, я вообще ни разу не слышала от него матерных слов и такое на моей памяти впервые! — но определенно хватит и обычного словарного запаса, чтобы быстро и навсегда от меня избавиться.

— Как давно ты знаешь Марину, Лори?

— Какое отношение это имеет к теме нашей сегодняшней встречи?

— Ты можешь хотя раз в жизни перестать быть такой упрямой и не отвечать вопросом на вопрос?

А вот это уже звучит как последнее китайское предупреждение.

Но какого черта? Почему я должна говорить на тему, которая категорически мне неприятна?

— Вадим, я не хочу обсуждать ваши с Мариной отношения.

— Она мне не жена, Лори, черт подери! — Он все-таки выходит из себя. Хотя продолжает сидеть в абсолютно расслабленной позе. — И судя по тому, как ты любишь делать слишком быстрые выводы, и о том, какие это выводы, я тоже позволю сделать предположение, что ты ничего не знаешь о жизни Марины!

— Мне это и не нужно — для этого у нее есть ты.

Будь оно все проклято.

Только произнеся эти слова я вдруг максимально остро ощущаю ревность. Настолько душащую, что хочется плюнуть на все и расстегнуть так опрометчиво наглухо застегнутую толстовку, потому что мне буквально не хватает кислорода.

Я не хочу обсуждать их с Мариной отношения, потому что это как будто снова вернуться в детство и смотреть фильм с любимым актером, где он целует какую-то другую женщину.