Соль под кожей. Том второй (СИ)

Вадим, еще мгновение помедлив, возвращается обратно на диван, но как только я пытаюсь спрыгнуть со стола, перехватывает мои лодыжки и, коротко крутанув, разворачивает к себе лицом. Поглаживает их абсолютно прилично — через плотную ткань джинс, не предпринимая ни единой попытки забраться пальцами под одежду.

Я знаю, что должна его остановить.

Я уверена, что в моем лексиконе достаточно слов, которые «убедят» его убрать руки.

Но эти долбанные длинные пальцы как будто точно знают, как надавить, как погладить и где прижать, чтобы я чувствовала себя как кошка в ласковых объятиях великана.

Черт с ним.

Это просто расслабляющий массаж.

«Поклянись себе, что это будет в самый-самый последний раз!» — требует внутренний голос, и я, конечно же, даю самой себе обещание. Но много ли их было, сдержанных, когда дело касалось этого мужика?

Кажется, ноль.

— Слава был моим другом, — говорит Вадим, когда понимает, что я не собираюсь лягаться. — Можно сказать, был мне вместо старшего брата. Научил всему, что я умею и знаю. Когда я только становился на ноги и ни один банк не хотел давать займ на амбиции еще одного «амбициозного будущего миллионера», Слава сложил в мой проект собственные деньги. Очень большие деньги.

Я отчаянно пытаюсь вспомнить, кто такой Слава, и только по какой-то чистой случайности в моей памяти сохранился рассказ Марины. Вячеслав Рогожкин — агробизнес и земля. Ее первый муж, который умер за несколько лет до того, как на свет появилась ее дочь. В том разговоре Марина намеренно сделала на этом акцент, как будто ей было важно донести, что она не изменяла мужу пока он был жив и относила год траура, прежде чем лечь в постель с другим мужчиной. Хотя я ни единым словом не дала понять, что мне вообще может быть интересна эта тема.

— Когда он понял, что выкарабкаться из болезни нет никаких шансов, то попросил присмотреть за Мариной. Мы тогда почти не общались. За меньше чем год их брака я видел ее только на пару раз, один из которых — на свадьбе. А потом Славы не стало, а на его инвестиции и бизнес накинулись стервятники. Обычное дело — рвать тех, кто не может дать сдачи.

— Так вот, что ты имел ввиду, когда говорил про личные счету с Завольским.

— Твой тесть просто гнида, уж прости, — с подчеркнутой гадливостью говорит Вадим.

— Твоя жена просто умница и у вас прекрасная семья, — в пику ему тут же отвечаю я.

— Ладно-ладно, прости, — посмеивается Вадим, и в качестве несколько секунд просто охренительно приятно массирует мою лодыжку, растирая пальцами забитые за день беготни на каблуках мышцы. — В голове не укладывается, что ты — часть этой семейки.