Сердце под прицелом

Не только интимной влагой, но и целым каскадом ощущений, которые ей предшествуют: электрическими разрядами, огненными судорогами, лютыми спазмами и щемящим трепетом.

– Хорошо… – озвучила я неосознанно.

Чернов был во мне. До упора. Глубже попросту некуда.

И в этот миг… Вот он – мой стержень. А я вокруг него – плотью, пульсацией, жаром.

– Хорошо?

– Угу-м…"

"Не узнавала новую себя. И привыкнуть к ней не успела, как Руслан, получив добро, начал двигаться. На первом же толчке захлебнулась. Не смогла сдержать дребезжащий стон удовольствия. И… Тут же была прижата Черновым. Он вошел жадно. С хрипом. С одуряющим натиском. С той самой выверенной брутальностью, которая обезоруживала напрочь. И с поцелуями, которые будоражили до потери сердцебиения.

Ритм был довольно медленным. Но, Боже мой, настолько тяжелым и тугим, что от каждого выпада трясло. Изнутри наружу выворачивало.

И я отдалась.

Позволила себе стонать, всхлипывать и даже крайне пошло охать.

Господи… Всем своим существом отдалась.

POV Руслан

Я полетел с поцелуя. Как будто до этого не было ни хуя. Ни гари. Ни жара. Ни разрядки. Никаких, блядь, обрывков счастья. Все не то. Контакт с ней – СВОЕЙ – ядерный пуск, выжигающий до основания. Сбросило, мать вашу, до нуля. До заводских, нах. Все заглушки сбило. И понесло из нутра что-то такое, что уже не усмирить.

Все инструкции выветрились. Заработала база.

Зверю, сука, волю дали. Он и рад рвануть наружу.

Врезался в СВОЮ не просто губами. Всем телом. Каждым нервом врубился. И по каждому такому наглому нерву вмазало ебейшей отдачей. Чтобы не заигрывался. Научило? Хуй там. Внутри хрустело, как при множественных переломах, а я фигачил дальше. Дорвавшись до рта СВОЕЙ, не останавливался.

Я ее, блядь, буквально захапал. Сжал, доказывая, что правда моя.

Хотел, конечно, зная все исходные, по так называемой нежности пойти. Чувствовал: так надо. Но, вкусив СВОЮ, обнулился и попер, как на выживание. Без нее бы взорвался, как гребаный боезапас под солнцем.

Сука… Меня так конкретно вело.

Я не контроль утратил. Я себя потерял.

Охренел. Такого еще не было. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. «Добрыня» не в счет. Там я сознательно на риск пошел. Сейчас же – сам не знал, что от себя ожидать.

На первой минуте, когда только-только шарахнуло по голым рецепторам, показалось, что слегка попустило – открылся клапан, хлестанул. Но по факту давление как спало, так и поднялось. Еще выше.

Меня, блядь, заколотило. И я понял, что тупо не могу СВОЕЮ насытиться. Мать вашу, я был, как жаждущий в пустыне: вроде пьешь, заливаешься, а сушняк только расходится.

Губы. Вкус. Отклик. Подрывной заряд. Заложила под ребра метко.

Кто-то звездел про фейерверки во время оргазма, а у меня от поцелуя со СВОЕЙ в животе фугас разорвался.

Со смещением внутренностей.