Хождение под мухой

Я, если видела, что заседатель педагог, прямо синела. Все, судебный процесс превратится в родительское собрание вкупе с педсоветом. Слышь, Лампа, я возьму твой красный свитер, мне такой цвет очень к лицу.

Выпалив последнюю фразу, она полетела в мою комнату. Я вздохнула. Теперь понятно, отчего при каждой возможности Капа поминает Конституцию.

Утром я принялась названивать Маркиной. Трубку сняли после третьего гудка. Сонный женский голос произнес:

– Алло.

– Центр трансплантологии вас беспокоит, – бесстрастным голосом рявкнула я, – у нас тут Маркина Лариса Михайловна указана…

– Простите, – ответила женщина, – Лариса умерла.

– Интересное дело, – я продолжала разыгрывать из себя бездушную медсестру, – почему нас в известность не поставили, а? Мы тут донора ей подыскиваем.

– Ошибка вышла, – совершенно спокойно ответила тетка, – мы все сообщили, небось у вас в документах бардак."

"– Нам требуется копия свидетельства о смерти, – наседала я.

– Вот придумали, – вспылила баба, – вам надо, вы за ним и приезжайте, что это мне через весь город переть?

– А с кем я разговариваю?

– Маркина Антонина Михайловна, старшая сестра Ларисы, – буркнула тетка, – сводная, по отцу.

Похоже, родственница не слишком убивается по сестре. Отметив сей факт, я изменила тон:

– Вы правы, Антонина Михайловна, тут такой бардак в регистратуре, конь ногу сломит, никакого порядка. Половина бумаг потеряна. А меня назначили месяц тому назад начальницей канцелярии, уж извините за бестактный звонок.

– Ничего, – вздохнула Антонина, – работа есть работа, я сама с документами в бухгалтерии дело имею. Знаю, какой геморрой начинается, коли листок потеряется!

– У вас копия свидетельства о смерти есть?

– Конечно.

– Можно мне за ней подъехать?

– Пожалуйста, – пошла мне навстречу Антонина, – в любое время, я руку сломала, вот и кукую дома.

Примерно через час я карабкалась вверх по грязным ступенькам пятиэтажки. Ну кто придумал дома без лифта? Ладно я, иду налегке, а если в каждой руке и в зубах по сумке, да на горбу одетый по-зимнему ребенок с санками. И вообще, как жильцы втаскивают наверх коляски, велосипеды и мебель? Отдуваясь, я полезла на самый верхний этаж и позвонила в нужную квартиру.

Раздался многоголосый лай, и на лестницу вылетели две небольшие, палево-серые собачки с умненькими складчатыми мордами. Мопсы!

– Эй, Кара, Надина, домой! – раздался оклик.

Но собачки не собирались слушаться хозяйку. Они весело крутились около моих ног. Я наклонилась и погладила их нежные, шелковые спинки.

– Любите животных? – улыбнулась Антонина.

Я посмотрела на нее. Излишне полная женщина, явно отметившая тридцатилетие.

– У меня дома тоже две мопсихи, Муля и Ада.