Почти 15 лет

Между первым и вторым этажом, вытащил мобильный и открыл список контактов: нужно было позвонить Славе, пока в Ванкувере не наступила ночь.

Его разрывало от противоречий: вскрывшаяся зависимость сына заставляла чувствовать себя никудышным, отвратительным отцом, но она же вновь начала сближать их со Славой — до пяти звонков в день. После долгих месяцев молчания и передавания друг другу «приветов» через детей, они опять заговорили друг с другом.

И Лев жил этими звонками.

Всякий раз он воображал их иначе. Он мечтал, как позвонит и спросит:

Он не был щедр на ласковые слова, когда они были вместе: странные, громоздкие, они застревали поперек горла, и он с прохладными интонациями произносил: «Слава». Даже Славик, Славочка — никогда.

А теперь, в его мыслях, он никогда не был Славой. Он был любимым, дорогим, родным, самым лучшим, самым красивым, самым желанным, он шептал эти слова перед сном, обнимая подушку или одеяло, и представлял, как скажет об этом ему.

— Лев, — он вздрогнул, когда услышал в трубке своё имя. Своё имя его голосом. — Привет.

Он рассказал Славе о своей экскурсии: о первом и втором этаже, о трёх месяцах, о правилах, об истощенных мальчиках со второго этажа и о розовощеких с первого, о тренажерном зале и книжках, и закончил словами:

— Я думаю, нужно попробовать.

— Да, — после недолгого молчания откликнулся Слава. — Хорошо.

— Ты можешь… ты можешь сделать так, чтобы он ничего не употреблял?

— Это важно, — настоял Лев. — Иначе они отправят его на второй этаж, а там ничего хорошего.

Слава устало повторил:

— Я знаю, Слава, — мягко отозвался он.

— Дома я его проконтролирую, но сейчас кончатся каникулы и…

— Забери документы из школы.

— Плевать на школу, — повторил Лев. — Продолжит учиться здесь. Пусть сидит дома, никуда его не отпускай.

В трубке послышался тяжелый вздох.

— Я знаю, что это непросто, — с сопереживанием отозвался Лев. — Я на связи. Звони в любое время.

Он хмыкнул, будто бы усмехнулся, и ответил:

— Доброй ночи, — Лев дождался, когда Слава отключит вызов, чтобы сказать: — Я люблю тебя.

Одной рукой он держал чашку с тестом для блинов, второй — венчиком мешал комки в вязкой жиже, телефон удерживал ухом, а ногой наловчился открывать холодильник. Повторенные многократно, некоторые действия доходили у него до автоматизма.

— Я не могу с тобой встретиться, — вполголоса объяснял Слава в трубку.

Время от времени он поднимал взгляд на Мики — тот сидел, устроившись в кресле, и слушал музыку с mp3-плеера — этого динозавра Слава специально нашёл для сына в качестве замены Спотифая. Он, скорее всего, не слышал разговора, но Слава всё равно старался говорить тише.

— Я не могу оставить Мики одного.

— Я хочу всё нормально обсудить, — просительно объяснял Макс.