Любовь без поцелуев (СИ)

Странно как-то. Я уже совсем забыл о таком, хотя, когда дома жил, тоже часто просыпался, смотрел на эти полоски и мне всегда казалось, что если кто-то куда-то ночью едет, то, наверное, по совершенно необычным делам. Представлял себе бандитов, ментов, пожарку, скорую и опаздывающих в аэропорт. Мне никогда не приходилось по ночам ездить и казалось, что это должно быть очень увлекательно. Вовчик всё вздыхал и ворочался, а я лежал на спине и не мог уснуть. Меня словно встряхнуло – впервые с момента отъезда Макса я почувствовал, что ещё живой. Так совпало – поездка, драка, порно это…

– Стас, ты спишь? – задал Вовчик один из самых дебильных вопросов в мире.

– Нет.

– Стас, ты только не залупайся на меня завтра… Ага?

– Да ладно, чё такого-то, расслабься.

– Не, ну, ты просто, ну… Ну, ты всегда... это, а тут вдруг это – р-раз!

Дохуя понятно объяснил, конечно.

– Да ладно тебе… Только не трепись, хорошо? А то живым не будешь!

– Да я чё, не понимаю? Я же, ну… Я же уважаю тебя очень, – Вовчик придвинулся ко мне. Мы каждый под своим одеялом лежали. Хорошие одеяла – толстые, тёплые. И диван удобный – мягкий, длинный, ноги упираются не в холодную деревянную стенку, а в мягкий подлокотник.

– Стас?

– Чё?

– А у вас с Максом… ну, это… было?

– Ну было.

– Нихуясе! Ну и как? В смысле… ну… ваще – всё?

– Ну да. Тебе-то что? – я вдруг замер. Макс подкатывал к Игорю… А если и к Вовчику?! Вовчик всё-таки к нему ближе по социальному статусу, не такой страшный, как я, да и, в отличие от Игоря, не девственник. Блядь, придушу Вовчика!!!

– Да так, ничего. Просто ты, типа, не любишь такого, за Леночку мне тогда морду разбил.

– И ещё раз разобью. Леночка – пидор гнилой, нечего с ним вообще даже разговаривать! А Макс был не пидор. И я не пидор, ясно?!

– Да чё тут неясного. Я тоже, – Вовчик повозился, я почувствовал, что он повернулся ко мне, почувствовал его дыхание. Пахло пивом и копчёной рыбой. И жвачкой какой-то едкой – это когда он её зажевать успел? – Я тоже не пидор.

И, помолчав, добавил, ещё раз вздохнув, как когда его к доске вызывают, а он не знает нифига:

– Я бисексуал.

– Чё, блядь?! – я аж подскочил, а Вовчик отодвинулся. – Это в каком смысле?!

– В нормальном. Я просто… ну, а чё такого? «Бишкой» быть – не западло. Ты теперь тоже вот… – он заглох. А я успокоился. Вот, бля, номер – дед на свадьбе помер!

– «Бишкой» быть – не западло, – продолжал Вовчик, – даже, наоборот, почти прикольно. Бабы – бабами, а парень – это, всё-таки, другое. Ну, ты сам понимаешь, да? – запах жвачки стал ещё острей.

– Ты что, целую пачку сожрал? Нафиг?

– Ну, это, типа, вместо чистки зубов, – он отодвинулся. – Ты не злишься?

– Ну, а хули мне на тебя злиться? А кто знает? Их наших?

– Да так никто. Только Рэй знает. И Макс знал. Он меня спалил.