Побег без права пересдачи

– Заходим и рассаживаемся. Через одного, – дал указания Ганс.

Он открыл аудиторию и поспешил посторониться, чтобы его не снесла хлынувшая толпа адептов.

Началась битва за места, в которой мы решили не участвовать. Потерь много – результат не очень. Да и нужна нам галерка сегодня? Пусть страждущие выдохнут с облегчением – она им все равно не поможет. Именно на галерке списывать сложнее всего, ведь в эту сторону направлены все поисковые чары преподавателя. А если и не чары – он лично проследит, чтобы шпоры не покидали карманов и не попадались на глаза несчастным адептам.

Выждав, пока двери перестанут ломиться от потока озабоченных оценками, мы поздоровались с Гансом и пошли к первому ряду. Здесь царили тишина, пустота и умиротворенность. Столь вакантные места оказались почти пусты: только на третьем ряду находился ближайший к нам адепт. Что показательно – он шпор не покупал. Профи. Такие только собственными работают.

Шум в аудитории стоял еще с четверть часа. Кто-то вырывал листы из тетради, кто-то повторял про себя основные формулы, кто-то молился, а кто-то (для успокоения) выколупывал гвоздь из парты. В любом случае все были заняты делом. Скучали только болотные, то есть не выспавшиеся мы. А все из-за некоторых…

Я обернулась к галерке, где сидела внешне совершенно спокойная эльфийка, ночью прибежавшая к нам и заказавшая комплект шпор по всем предметам для контрольных за тройную цену. Отказать братья не смогли, и мы всей компанией корпели над заказом.

– Итак. – Ганс прошел к своему столу, уселся, вытянул ноги, демонстрируя свои новые туфли, и с явным наслаждением объявил: – Начинаем работу.

Не было никаких эффектных пассов, заклятий или прочей мишуры – просто перед нами появились варианты. Судя по скорбным лицам адептов, у каждого – свой, и списать у соседа возможности не было.

Я лениво глянула в опросник. Одна страничка, две, три, четыре, пять… Остановилась на двенадцатой. Моему недоумению не было предела. Вопросы имелись на каждой странице. Судя по нумерации, всего их было сто двадцать семь. Тотальный опрос, на каждый из вопросов – меньше минуты. Да уж, куда тут списывать. Хорошо хоть, варианты ответов имелись.

Открыв тетрадку под внимательным взглядом преподавателя, я выдрала листик и принялась рисовать ромашки. Сегодня меня тянуло на растительный орнамент. Хотя… Я решила немного пошкодить и неожиданно для себя ответила на все вопросы. Разумеется, неправильно. Только неправильно. На все вопросы.

Вита, которая, кажется, поняла, чем я занимаюсь, неодобрительно покачала головой, но от комментариев воздержалась. Плюсик контрольной – здесь никто не может говорить вслух, кроме преподавателя. Хотя… были люди, которым это разрешалось.

В аудиторию, тихо постучавшись, вошел декан.