Двойной удар по невинности

Так вот, там был совершенно необыкновенный Клаус: с вытянутым лицом, перекошенным ртом и волосами дыбом. Куда только порода девалась?

Я все смеялась и смеялась, пока он бурчал и, качая головой, прятал отныне мое любимое фото в нагрудный карман рубашки. А еще… А еще не могла отвести от него взгляда. Голос разума кричал откуда-то издалека: “Идиотка, не нужно привязываться к нему! Просто уходи!” Только я уже вложила ладонь в его руку, ощущая, как внизу живота зарождается совершенно новое чувство, словно скручивается от предвкушения чего-то волнующего и волшебного тугая пружина, и стоит дать ей немного времени, она развернется, заполняя меня всю счастьем. До краев. От корней волос до кончиков пальцев на ногах…

Прокатившись еще на нескольких аттракционах, мы вспомнили про время. При этом Клаус выглядел едва ли не более расстроенным, чем я. И все равно, уезжая из парка, мы улыбались, не в силах сдержать рвущееся наружу настроение. Проговорив о какой-то ерунде всю дорогу до Кельна, подъехали к небольшому кафе на окраине, и тогда вернулся прежний Клаус. Сдержанный и серьезный, он попросил меня подождать в авто буквально пару минут, после чего ушел. Вернулся немец действительно быстро, но стал совершенно хмурым и задумчивым. Разговор больше не клеился, хотя я очень старалась снова вывести его на эмоции. Пусть даже на негативные. Я, ухмыляясь, дразнила его эго и даже дошла до того, что, присев в наиболее выгодной позе, вслух размышляла о каких-то глупостях, словно по рассеянности проводя рукой по собственной груди.

Не знаю, что на меня нашло. Ведь я сама просила Клауса оставить меня в покое… Впрочем, все мои попытки привлечь его внимание остались незамеченными, поэтому, обидевшись, я тоже замкнулась в себе, решив поднять настроение примеркой обновок.

ГЛАВА 10

/Клаус/

Всю дорогу до квартиры я ловил себя на мысли, что до невыносимости хочу остановить машину, припарковаться у ближайшей обочины, заглушить мотор, а потом повернуться к Лене, встретиться с ней глазами, увидеть, как в них промелькнет недоумение, а эта ехидненькая улыбочка, что пляшет сейчас на ее губах, исчезнет, едва только я коснусь ее поцелуем.

А она точно исчезнет, потому что, я был уверен, Лена на ласку ответит. Потом, возможно, испугается, но вначале точно ответит. Страстно и трепетно.

При этом мне казалось, что кончу от одного лишь прикосновения к ней и воспоминаний вида ее раскинутых белых ног и гладких губ-створок, между которыми едва выглядывали розовые складочки…

Сейчас я уже ни капли не сомневался в том, что у девушки был какой-то очень негативный сексуальный опыт. Все ее реакции говорили именно об этом.