По прозвищу Святой. Книга вторая

Когда я говорю полк, я имею в виду двенадцатый истребительный, в котором очень успешно воевал, пока меня не сбили второй раз. Я лётчик, и хочу бить врага в небе. Больше скажу. За оперативную помощь в этом вопросе, справедливый и законный подход к делу обещаю при случае замолвить за тебя словечко перед Михеевым, когда он выздоровеет и снова войдёт в силу. Тебе всё понятно, капитан?

— А по-плохому? — спросил капитан.

— По-плохому я тебя просто убью, — ответил Максим. — Скажу, что ты накинулся на меня с пистолетом, завязалась драка, случайный выстрел и — всё. Конец пришёл товарищу капитану госбезопасности Дондышу Борису Михайловичу. Погиб при выполнении служебных обязанностей, проявив при этом исключительную дурость и самонадеянность.

— Тебе это не сойдёт с рук, — сказал капитан.

А он упрям, подумал Максим. Не отнять. Даже не знаю, хорошо это или плохо. Нет, всё-таки плохо. В гибкости — сила. Особенно она важна для сотрудника госбезопасности.

— Конечно, нет, — сказал Максим. — Скорее всего, меня будут судить. А на суде выплывут все мои героические дела и выступят свидетели. Тот же Михеев. И Герой Советского Союза, командир двенадцатого истребительного полка майор Коробков Павел Терентьевич. А также командир сорок второй стрелковой дивизии генерал-майор Васильев Илья Васильевич, под чьим началом я воевал, когда мы выходили из окружения. И много кто ещё. Знаешь, чем кончится? В самом аховом случае меня разжалуют и отправят в штрафбат — смывать преступление кровью. Ни первого, ни второго я не боюсь. Смою, верну звание, снова буду летать и бить врага. А погибну — что ж, значит, такова судьба. Зато погибну, как герой. За свою страну и весь наш советский народ. А вот ради чего ты сдохнешь, капитан, я не знаю. Ради сомнительной выслуги?

Максим не обладал даром гипноза. А вот даром убеждения — да.

Всё-таки прав был старина Аль Капоне, подумал он. Добрым словом и пистолетом можно добиться гораздо большего, чем просто добрым словом. Хотя, скорее всего ничего подобного Аль Капоне не говорил. Чтобы выдумать такую фразу, нужно быть творческим человеком, художником слова. Аль Капоне же был гангстером. То бишь обычным бандитом. Но какая разница? Мифы истории мы любим не меньше, чем её факты. А иногда и больше.

— Твоя взяла, — произнёс, наконец, капитан Дондыш. Всё это время он не отводил взгляд от пистолета, который сидел в руке Максима как влитой и не дрогнул ни на миллиметр. — Выбираем первый вариант. Ты отдаешь мне пистолет, и мы всё забываем.

— Правильный выбор, — сказал Максим. — Не сомневался в вас, товарищ капитан.

Он опустил пистолет, шагнул к столику, на котором лежало его оружие и сунул в кобуру «вальтер». После этого поставил ТТ на предохранитель и протянул капитану.

— Забыл сказать.