По прозвищу Святой. Книга вторая

"По прозвищу Святой. Книга вторая.

Глава первая

Прошлое гораздо ближе, чем кажется.

Неизвестный автор

Сознание возвращалось медленно и неохотно.

Так возвращается домой человек, решивший уйти навсегда, но передумавший на середине дороги.

Так возвращается весна после долгих мартовских холодов.

Так возвращается жизнь.

Первое, что Максим почувствовал — боль.

Коктейль из боли.

Налитый в его тело, как в тонкостенный бокал. Боль пульсировала, плескалась, вела себя как хотела и мешала думать.

Он сосредоточился на теменной доле мозга, уменьшая интенсивность болевых сигналов от повреждённых участков тела. Полностью избавиться от боли таким образом было нельзя, но это и не нужно. Боль должна оставаться до тех пор, пока не исчезнут причины, которые её вызывают.

Он открыл глаза и увидел плохо побеленный потолок, с которого на витом шнуре свисала голая электрическая лампочка.

Значит, он по-прежнему в сорок первом году…

Вместе с сознанием вернулась и память.

Взрыв.

Он взорвал кварковый реактор, а вместе с ним и корабль. Первый в истории человечества экспериментальный нуль-звездолёт «Пионер Валя Котик».

Прыжок за орбитой Юпитера на двадцать астрономических единиц с последующим выходом из нуль-пространства, разворотом и возвращением обратно не удался. Вместо этого ему пришлось совершить аварийную посадку на Землю, где он оказался в августе тысяча девятьсот сорок первого года.

Эксперимент по преодолению пространства неожиданно превратился также в эксперимент по преодолению времени.

Успешный, чёрт возьми!

Потому что, находясь за орбитой Юпитера мгновенно перенестись не только на орбиту Земли, но и на сто пятьдесят четыре года назад (из 13 августа 2095 года в 13 августа 1941 года) — это своего рода успех.

Эпохальное открытие, мать его.

Попробовать снова взлететь и повторить эксперимент в надежде вернуться в своё время он не мог.

Во-первых, корабль был повреждён, и нужно было ждать несколько месяцев, пока ремонтные боты приведут его в порядок.

Во-вторых, даже будь корабль цел и готов к старту и полёту, не было никакой гарантии, что он вернётся в своё время. Вполне мог прыгнуть ещё на полтора века назад и оказаться в екатерининских временах. Этого совсем не хотелось.

Потом он вытащил из подбитого немцами «ишачка» и доставил на корабль раненного советского лётчика Николая Свята, который оказался похож на Максима как брат-близнец.

Потом лётчик умер- он был ранен в сердце, и даже медицинские нано-боты конца двадцать первого века не смоги ему помочь.

Потом Максим, приняв имя и фамилию лётчика, начал партизанить.

Успешно.

До тех пор, пока в него не вцепился бульдожьей хваткой начальник военной полиции шестьдесят второй пехотной дивизии вермахта штурмбанфюрер Георг Дитер Йегер.