Любовница. По осколкам чувств

Да и чего я добьюсь, если при всех своих желаниях, сама Лера по итогу не будет счастлива со мной? Разве я буду мужиком? Разве имею я тогда право смотреть в её глаза и говорить, что…

Люблю?

Нет, не имею!

Потому что любовь к женщине — это значит не быть эгоистом.

Теперь я это знаю…

А иначе всё сводится только в любовь к самому себе. А это уже давно не так. Потому-то я и не хочу больше гнуть Леру под себя. Я не хочу, чтобы она подстраивалась под мои желания. Я не хочу больше покупать её расположение и выкручивать ей руки, дабы упростить себе жизнь.

Потому что это всё не про любовь. Это про эгоизм.

Понял. Принял. Осознал. Но облегчения не получил.

Ведь я знаю, как никто другой, что мир, в котором мы живём, далеко не сахарная вата и иногда людям приходится наступать себе на горло. Ведь есть не только Лера и я. Мои решения затронут всех, в том числе и дорогих мне людей.

Отца. Сестёр. Тех, кто на меня работает.

Я могу плюнуть на каждого и стать счастливым, но это счастье будет с привкусом предательства по отношению к тем, кто верил в меня. А я взял и подвёл.

И я поднимаюсь с кровати, нахожу свой телефон, а затем строчу сообщение с нового номера, который Лера ещё не успела кинуть в бан.

Тороплюсь. Боюсь, что передумаю. Опасаюсь, что нужные слова испарятся из головы. Но она должна их прочесть просто потому, что это всё принадлежит ей — моей, но уже не моей Лере.

«Я люблю тебя…».

Отправлено. Прочитано.

Замираю неподвижной статуей и малодушно жду ответ, хотя уверен на сто процентов, что его не будет. И его нет. Ни через пять минут, ни через десять. Паника и боль прошивает сердце и, кажется, что навынос. И вроде бы всё логично, но я всё равно оказываюсь не готов к этому пинку под зад.

Сбивчиво отправлю подпись:

«Твой Д.»

Но второе сообщение уже не отправляется. И я понимаю — этот номер тоже теперь в чёрном списке.

— Ну и правильно, — откидываю от себя телефон и устало тру лицо ладонями, — другую я бы не полюбил…

А затем я оставил позади себя всё личное и решительно двинул в душ. После максимально быстро привёл внешний вид в порядок, спустился вниз, где заполировал внутренности большой кружкой свежесваренного кофе, попрощался с только что проснувшимся хозяином дома и вышел за дверь.

А там уж сел за руль и двинул в сторону отчего дома.

На пороге сталкиваюсь с мачехой и сухо её приветствую. Прошу позвать отца, а затем уверенно направляюсь в его кабинет, намереваясь окончательно всё для себя решить и расставить точки, в том числе и над и.

Там замираю у окна в ожидании появления родителя, но в следующее мгновение поворачиваюсь и прохожу к его столу, где в верхнем ящике отыскиваю то самое фото Екатерины Герасимовой.