Научу тебя плохому (СИ)

— Никогда не целовалась? — улыбаюсь, глядя в совершенно ошалелые глаза.

Кажется, кому-то понравилось.

Однако долго мне наслаждаться видом такой вот, дезориентированной, расслабленной мышки не удается, потому что малышка моя зубастая приходит в себя и начинает дергаться.

— Есь, я бы на твоем месте этого не делал, я все-таки в одном лишь полотенце, и ты сейчас его сорвешь. Мне, конечно, все равно, но…

Она застывает мгновенно. Уже хорошо — мыслительный процесс запущен, информацию впитываем и воспринимаем как надо.

— Зачем ты это сделал? — выдыхает насупившись.

— Сделал что? Поцеловал?

Она кивает в ответ, такая смешная, наивная еще. Где ж тебя такую мышку сделали? Я ж много девчонок знал, они не такие были, все больше раскрепощенные, опытные даже, и в ее возрасте, — тоже. А тут фиалка нежная, даже целоваться не умеющая. И не могу сказать, что не рад этому простому факту. Рад, охренеть как рад. Потому что это все мое, теперь только мое.

— Захотелось просто, — пожимаю плечами, опускаю малышку на пол, сам поправляю полотенце.

— Твоя рука, — мышка восклицает так громко, и так неожиданно, что я, признаться, вздрагиваю.

Не сразу понимаю, о чем она, и только проследив за испуганным взглядом, догоняю, в чем дело. Перебинтованная рука снова кровоточит, даже на полотенце следы остались.

— Надо перебинтовать снова, надо…"

"— Перестань, это всего лишь кровь, — улыбаюсь так широко, как дебил последний.

Меня трогает ее такая неподдельная забота, испуг в глазах, словно ей действительно не все равно, и я хочу надеяться, что так и есть на самом деле, эгоистично хочу. Я вообще не понимаю, как умудрился так глупо поранить руку, психовал чего-то, у меня вообще бывает, это я в отца — разгон от режима «плюшевый мишка» до режима «готов разорвать всех нахрен» — три секунды. Никогда не умел это контролировать, и вряд ли когда-то научусь. В очередной раз задетый недоверием этой заразы упертой, пошел громить кухню, ну как пошел, не планировал, конечно, но кухонная утварь, словно чувствуя мое, не самое приподнятое настроение, совершенно не давалась в руки.

Остановиться нужно было еще на первой, свалившейся на пол сковороде, с самого начала же было ясно, что ничерта никакая готовка не задастся. И я удивился, конечно, завидев на кухне мышку, думал, в норке своей прятаться будет столько, сколько возможно, а она пришла. Сначала взбесился, нагрубил незаслуженно, не люблю я, когда из меня жертву делают, тем более из-за такой мелочи, а потом, услышав тон командный почти в ступор впал.

А мышка моя шустрая и догадливая, быстро просекла, где и что искать. И все у нее так слаженно получалось, что я залюбовался невольно. И все бы ничего, если бы нее заявление, совершенно не к месту возникшее.