Научу тебя плохому (СИ)

Уехать она собралась, как же. Кто ее теперь отпустит-то? С проблемами ее я разберусь, конечно, так или иначе, либо из нее правду вытяну, либо сам выясню, а дальше по обстоятельствам.

А вообще я знатно так поржал, осознав, что беспокоит этого мышонка бедового. За меня она переживает, дурочка. Да кто ж меня тронет-то? С другой стороны, мне понятнее ее позиция стала, меня отпустило немного, я даже злиться перестал. Почти. Меня вообще вся эта ситуация как-то немного из колеи выбила и я, честное слово, просто забыл, что запер дверь на ключ, не было у меня никакого четкого плана действий, но совру, если скажу, что не кайфанул при виде растерянной мышки. Я ведь стук не сразу услышал, а когда услышал, рванул к двери, не озадачившись собственным внешним видом, думал, случилось чего. О том, что дверь входную запер и ключи в карман убрал, я вспомнил в последний момент. Мышка, ожидаемо, мой импровизированный стриптиз не оценила, а я в очередной раз не упустил возможности ее подразнить. Ей все равно привыкнуть придется.

Вообще я мог бы успеть к приезду курьера, если бы не отвлекся на переписку. А я отвлекся, решив, блин, что пора перестать играть в молчанку, мышка себя явно изводила, по крайней мере, я так думаю, хочу думать. Вообще, тупость несусветная — вся эта ситуация, — я же реально к самому себе ревную эту мышь бедовую. По-хорошему, заканчивать бы надо, объясниться с Есей, да беда в том, что я очень слабо себе представляю, как на нее всю правду вывалю.

— Марк, ты меня слышишь? — в мое сознание прорывается тоненький голосок мышки.

Мотнув головой, я возвращаюсь в реальность. А в реальности моя мышка, стоит напуганная, и на мою руку то и дело взгляд переводит. Бледная вся, словно сейчас в обморок грохнется, а этого нам не надо.

— Так, бери давай вот это все, — киваю на сложенные на комоде коробки, — и иди на кухню, я сейчас обработаю и вернусь.

— Я помогу.

— Есь, — вздыхаю тяжело, — мне успокоиться надо, я не уверен, что смогу держать себя в руках, а ванная у меня маленькая, пространство замкнутое, — мне точно не надоест ее подразнивать, — иди на кухню.

Мышка некоторое время смотрит на меня пристально, губы поджимает, совешенно не понимая, как это на меня действует, а потом нахмурившись, берет меня за запястье и произносит:

— Пойдем.

Глава 17

Еся

Возможно, я совершаю ошибку, но что-то внутри подсказывает: несмотря на сказанные Марком слова, вреда он мне не причинит и принуждать не станет… наверное.

И да, меня до сих пор трясет от произошедшего. Я ничего подобного не ожидала, Марк впервые перешел границу, впервые позволил себе больше, чем дурацкие подколы. Поцелуй стал для меня неожиданностью, и сказать, что неприятной у меня язык не повернется.