Пленница в башне

До сих пор в тех случаях, когда старая сеньора присоединялась к остальному семейству за обедом, она вела себя сдержанно, из-за чего Ванесса считала ее холодной и надменной, этаким патриархом в юбке. Сегодня утром она оказалась совсем другой.

Заинтригованная Ванесса вспомнила большие собрания в главном зале. Иногда там бывал кто-нибудь из соседей, но Ванесса не сомневалась, что дело не в том, что донье Мануэле неприятна собравшаяся в замке компания. Может быть, ей внушал дурные предчувствия предстоящий союз ее внука с Лусией Монтес? Причем, до такой степени, что от свойственной ей сердечности не оставалось и следа, когда она была вынуждена смотреть, как ее любимый Рафаэль наслаждается обществом вдовушки?

Конечно, ей хотелось бы подыскать для внука пылкую юную сеньориту, сердце которой не знало бы другого мужчины, кроме него. Лусия отличалась изысканностью, но невинностью, увы, не обладала, а донья Мануэла любила своего внука и желала, чтобы рядом с ним было само совершенство. Но ведь совершенство — недостижимая мечта, размышляла Ванесса. Как часто она сама искала прибежища в мечтах…

— Ставлю песету, — Барбара звякнула стаканом о кувшинчик с лимонным соком, стоявший на балконном столике, и Ванесса тотчас вернулась к реальности, — твои мысли занимает этот нефтяной парень, дорогая?

— Нет, я вспоминаю о том, как сегодня утром мы болтали с доньей Мануэлой.

Ванесса с отсутствующим видом сорвала цветок с ближайшей к ней герани, и юбку ее платья тут же усеяли алые лепестки. Она собрала их, один за другим, и надула губы, сожалея о своем необдуманном поступке. Наверное, человеческие существа созданы для того, чтобы сначала все испортить, а потом, когда уже поздно, сожалеть о сделанном.

— Понятно. — Барбара с любопытством посмотрела на нее. — А я фигурировала в вашем разговоре с бабушкой?

— Только упоминалась. — Ванесса выдавила из себя небрежную улыбку и попыталась представить, как Барбара воспримет известие о том, что Рай упаковывает вещи, готовясь к поездке в Испанию. — Донья Мануэла была так добра, что подарила мне эти серьги и браслет к ним. Мне было ужасно неудобно принимать ее подарок, но она настаивала, и я подумала, что отказаться было бы неблагодарно. Очень красивые, тебе нравится?

— Довольно старомодны. — Барбара сморщила нос, примерила браслет и вытянула перед собой смуглую ру ку, чтобы полюбоваться эффектом. — Зеленый — не мой цвет, но тебе идет, Ванесса.

— Ты намекаешь, что я не слишком современная мисс? — ехидно поинтересовалась Ванесса, забирая у нее украшение и протирая его носовым платком.