Пленница для двоих

— Скучала, киса?

Двое мужчин, от которых я бежала, поймали в свою ловушку.

Глава 2. Тиса

— Вы не можете такое творить!

Паника смешивается со злостью, прибавляясь жаром их касаний. Мне хочется в них что-то швырнуть тяжелое. И расплакаться, чего я не делаю никогда, тоже хочется. Какой-то сумбур из мыслей и ощущений, что просто слишком для меня. За грань толкает, ломая меня.

— Тише, киса. Немного пошалили, ты вроде не против была.

— Немного? — меня срывает. Нога с тормоза пропадает. — Это нормально? Тыкать в меня оружием, зажимать и угрожать? И считаете, что после такого я была бы «не против»? Да ни одна заложница не могла бы слова кривого сказать при таком раскладе.

Слова вырываются против воли. Рука дрожит и приходится двумя ладонями сжимать ствол, чтобы удержать. Меня колотит и мысли не отпускают, страхом топит. Старым, забытым почти, как когда-то скручивает и дышать не могу.

У Князя дёргаются уголки губ, превращаясь в застывшую улыбку. Он проводит по тёмным волосам, едва сдерживаясь. Пронзает меня взглядом и заставляет дрожать.

Миха же теряет всё своё веселье. У него сжатая челюсть, играют желваки на лице. И ноздри раздуваются, будто со всех сил старается не натворить глупостей.

Я не идиотка, я делаю домашнюю работу перед тем, как в неприятности влезть. Я знала, кто такой Илья Князев с самого начала. Когда увидела в доме Аси — лучшей подруги, завязанной во всём против воли — уже знала, что за мужчина стоит передо мной.

Какие легенды мне рассказывала о нём даже молчаливая Ада. Сколько всего он натворил в его «хорошие дни». И о чём боялись говорить, когда у мужчины срывало крышу. Со мной он был веселым, лёгким и постоянно находил повод, чтобы не отпускать от себя.

А я застывала рядом с ними двумя. Превращалась в неуверенную школьницу, которая впервые увидела мальчика из снов. Только у меня мальчиков оказалось двое и никакие доводы рассудка не помогали удержать свои чувства.

Я делала то, что могла делать. Бежала от них, закрывалась в квартире и опасалась ездить на встречи с лучшей подругой, лишь бы не видеть никого из них. У меня был выбор, и я выбирала держаться подальше от этих мужчин. Они опасны, они не ласковые плохие мальчики. Они бандиты, которые получали всё силой и кровью.

И мне очень хотелось, чтобы их перемкнуло. Заинтересовали другие девушки из их круга. Хотелось и было страшно отчего-то от мысли, что так и поступят. Задетое девичье самолюбие опасная штука. Но лучше так, чем ждать, кому из них я достанусь. Как трофей для одного из лучших друзей, который так хочется заполучить себе.

А я не смогу подобного пережить, не выдержу ещё раз через Ад пройти, заново себя собирая и вспоминая, как это — жить.

— Тис, хорошо подумай, прежде чем снова повторить про то, что мы тут зажимали тебя силой.