За всё надо платить

— На, смотри. Что там может не сходиться?

— У тебя в списке выявленных свидетелей было девять человек, а я почему-то внесла в компьютер данные только о восьми, а девятого забыла, — сказала она, листая материалы. — Вот он, этот список. Странно.

Она подняла глаза на Дружинина, и он невольно поежился, хотя точно знал, что уличить его не в чем.

— У тебя тоже восемь. А где же девятый?

— Их и было восемь. — Он изо всех сил постарался взять себя в руки и даже сумел пожать плечами и удивленно улыбнуться. — Почему ты решила, что их должно быть девять?

— Потому что я, прежде чем вносить фамилии и адреса в компьютер, отмечала эти адреса на карте Москвы. И по изнасилованию девочки в строящемся доме у меня значится девять точек, а это означает, что в списке было девять очевидцев.

— Откуда же взялся девятый? Может, ты его выдумала? У меня записаны только восемь.

— Вот и у меня записаны только восемь, а точек девять. Ума не приложу, откуда она взялась. Я так надеялась, что это результат моей рассеянности, что у тебя в списке девять человек, просто я кого-то не записала. Значит, это скорее всего адрес очевидца по какому-то другому делу и я, когда отмечала его на карте, неправильно поставила номер. Вот растяпа! Теперь у самой головная боль, и у тебя время отняла.

Дружинин почувствовал огромное облегчение оттого, что все так легко обошлось. Он вспомнил фильм «Семнадцать мгновений весны», когда Штирлиц голосом Ефима Копеляна думал вслух о том, что лучше всего запоминается последняя тема, затронутая в разговоре. Нужно перевести беседу с Каменской в другое русло, чтобы в случае чего честно отвечать, мол, разговаривали о том-то и о том-то, а вовсе не о том, что она одного свидетеля потеряла.

— Слушай, а как ты с этой информацией в компьютере работаешь? — спросил Дружинин, сделав заинтересованное лицо. — Адреса, фамилии… Ну записала ты их, а дальше что?

— А что хочешь. Вот, например, тебя интересует, сколько раз выявлялись и опрашивались свидетели из числа лиц, работающих в универмаге «Москва» на Ленинском проспекте. Включаешь контекстный поиск, записываешь слово «Ленинский», и компьютер тебе по очереди предъявит всех, кто в твоем списке работает на Ленинском. Можно еще проще, если списки адресов и фамилий сделаны отдельно и в алфавитном порядке.

— Это как? Вручную расставлять, что ли? Тогда какой смысл возиться? Вручную и карточки можно расставить, зачем компьютер для этого покупать?

— Ну почему вручную? — удивилась Настя. — При помощи рабочего словаря. Элементарно.

Он действительно не понял, при чем тут рабочий словарь, поэтому брови приподнялись вполне естественно и в голосе недоумения было в самый раз, без перебора.

Каменская кивнула на стоящий в углу компьютер.

— Твой? — спросила она.

— Наш общий.