Фронтовик не промахнется! Жаркое лето пятьдесят третьего

В последний раз Андрей его видел год назад.

– Здравия желаю, Владимир Васильевич!

– День добрый, Андрей Михайлович, присаживайтесь. Вот и свиделись.

– Выходит – вы на новом месте?

– Как и вы. В Москву перебрались, геройствуете. Читал приказ по управлению, и вдруг фамилия знакомая, а главное – методы прежние.

– На стрельбу намекаете?

– Не намекаю, в открытую говорю.

– Если бы стрелять не начал…

– Стоп! Я говорил с действующими лицами, ситуацию не понаслышке знаю. Действовали правильно, согласно обстановке. Кстати, поздравляю с очередным званием.

– Спасибо. Но полагаю – вызвали меня не за этим?

– Правильно думаете. Генерал поручил провести с вами беседу.

Андрей вздохнул. Воспитывать будут? Так его уже не переделать. Чекист по кабинету прошёлся. Кабинет невелик, с неизменным сейфом в углу и портретом Ф. Э. Дзержинского на стене.

– Мне поручено предложить вам перейти на службу в наше министерство.

– По-моему, год назад мы об этом вели речь.

– Тогда это была моя инициатива, а сейчас сверху исходит. Генерал сказал – готовый опер для нашей службы.

– В милиции тоже работы по горло после амнистии, сами знаете.

– Знаю. Тех, кого выпустили, скоро снова в лагеря вернут. А у нас дела серьёзнее, не карманники какие-нибудь.

– А мне кошелёк какой-нибудь бабушки не менее значим, чем серьёзное преступление. Попробуйте ещё того же карманника с поличным задержать."

"– Я не обидеть хотел, показать разницу в масштабе дел. У нас преступления против государства и народа. Тем более что так получается, вы часто нашему ведомству помогаете.

– Я к своей службе привык. Даже не в этом дело. Я знаю уголовный мир. А приди я к вам, кто буду? Новичок!

– Ну! Не преувеличивайте. В оперативно-разыскном деле вас учить не надо, сами любому фору дадите. Я же вас зову не на кабинетную работу.

– Вы говорили только что – амнистированные, кто за старое взялся, вернутся в лагеря.

– Было, говорил.

– После войны девять лет прошло. Кто-то из предателей, пособников, полицаев естественной смертью умер, других разыскали, сроки дали. Пройдёт два-три года, кого искать?

– Хм, необычный взгляд на проблему. Другие дела будут. Империалисты развернули против СССР холодную войну. Шпионов засылают, радиостанции открыли, вещающие на русском языке. А всё для чего? Разлагать страну изнутри. По причине скрытности не могу рассказать или вживую свести с нашими сотрудниками, кто не одного разведчика иностранного задержал. Вот где ваши способности пригодятся.

Чекист был настойчив, находил всё новые доводы перехода в их министерство.

Андрей сталкивался с чекистами, в своё время министерство их называлось НКВД. Не нравились они ему и, как он подозревал, многим фронтовикам. Высокомерные, заносчивые, жестокие.