Питбуль для училки

Не так и много надо, да, будь ты хоть миллион раз не от мира сего? Да только все, понесло меня, и малым ты не откупишься, не накормишь земную зверюгу, голод которой растравила. Все тиская ее грудь, прошелся ртом по ребрам, вниз к пупку. Нырнул языком, оцарапал зубами бедренные выпирающие косточки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Миш! – всхлипнула Лена, вскидывая голову. Живот втянула бедолажка перепуганная и ноги попыталась сдвинуть. Нет, девочка, не пойдет. Ты позволила. Сказала «я хочу!» Теперь, значит, как я хочу. А я хочу тебя сожрать. Хочу, чтобы на язык мне кончила, и я это выпью до капли, а потом уж оторвусь.

– Тихо! – не позволил ей свести колени, опускаясь еще ниже, прикусил мягко кожу на гладком лобке.

– Миша, мне не над… – Да смотри, какая ты неуемная-то!

– Мне надо! – отрезал, подхватив под коленями, и вздернул выше так, чтобы опиралась только на лопатки, и присосался сразу, вталкивая язык между мягкими, бархатистыми губами, нашаривая с ходу им ту самую волшебную, выключающую у баб все их «не надо» кнопку.

Спасибо одной замечательной «учительнице» из моего прошлого. Была у меня давным-давно, в бытность еще курсантом-девственником, дама постарше с особыми вкусами. Традиционным сексом она не занималась от слова вообще, практикуя исключительно взаимное оральное удовлетворение, так что девственности в привычном понимании я с ней не лишился, но приобрел весьма полезный опыт довести женщину ртом до вершины в считанные секунды, если есть необходимость. А сейчас не то что необходимость была, а п*здец какая крайняя нужда. Бл*дский обратный отсчет пошел, гонка на скорость. Я доведу Лену до финала быстрее, или она меня своим вкусом и реакцией. Как только нашел то самое волшебное местечко, ее так разметало-затрясло, что приходилось впиваться в ее бедра, чтобы не слетела с капота. Дугой высоковольтной вскидывается, прям на голову встает, обратно падает, стонет в голос, плачет, руками шарит-мечется-хлопает, пятками меня колотит куда придется. Сокращается внутри и течет-течет! Будто нарочно для меня, от жажды столько сдыхавшего, так щедро.

– Миш-Миш-Миша-а-а! – заскребла ногтями по металлу, головой замотала. – Божечки, помоги!"

"Нет, девочка, это я тебе тут помогаю, а ты меня, зараза отзывчивая, убиваешь к хренам.

– Не-могу-не-могу!

Еще как можешь. Уже почти там. Мне по языку, губам прямо ручьем потекло, дрожью мелкой бедер ее, сжатиями внутри прострелило всего, криком Лена захлебнулась, давая мне отмашку. Все, мне теперь!

Выпрямился, скалясь, как зверь, от мучительного предвкушения, сжирая глазами то, как же ее колбасило.