История пишется победителями

как и о том, что произойдет дальше. И опасаться нужно было не «Фон дер Танна», а подводных лодок, что как охотники терпеливо сидели в засаде долгое время, опасаясь спугнуть добычу. И он отвечает за то, что не уберег транспорты и будет виновен в гибели тысяч людей. Такого позора не нужно на седую голову, и Сенэ наклонившись, закричал матросам:

— Не торопитесь, шлюпка ваша, спасайтесь — мы остаемся!

Англичане сражались стойко и хладнокровно, и даже когда попадали в плен, а такое случалось, то отнюдь не по малодушию — пожимали только плечами, мол, на войне всякое случается. И вооружены были куда лучше французов, экипированы, да и выучки отменной — это немцы почувствовали сразу, и Людендорф немедленно отметил факт все нарастающего прибытия британцев на французском фронте. Весь английский экспедиционный корпус, фактически армия, из шести пехотных и одной кавалерийской дивизии оказался на приморском фланге, заняв полосу примерно в полсотни километров. Обороняться на столь широком фронте было неимоверно сложно, и уже понесшие потери британские соединения медленно отступали к Сене. Группа территориальных дивизий генерала Амады отходила от Амьена к Парижу, теснимые войсками спешно переброшенной из Пруссии и Померании 8-й германской армии. Нужды держать в тылу пять полностью укомплектованных и свежих корпусов — один кадровый и четыре резервных — не было, еще один резервный корпус уже забрали с датской границы — и русские, и датчане демонстрировали явное дружелюбие, и как знал Эрих, всячески помогали рейху, пусть пока и негласно.

Теперь на Западный фронт были брошены все пятьдесят корпусов рейхсвера, половину из которых составляли кадровые, уже понесшие серьезные потери. Однако на фронт стали бесперебойно поступать подготовленные батальоны ландвера, вливавшиеся в потрепанные полки — пробивная мощь инфантерии нисколько не уменьшилась.

Захваченная в исправности сеть бельгийских железных дорог позволяла осуществлять бесперебойную доставку пополнений, боеприпасов, снаряжения и продовольствия. С последним стали ощущаться проблемы — местные ресурсы оказались ничтожными, французское население уходило за Сену. Дороги были забиты брошенными тележками и повозками, трупами лошадей и людей, среди последних встречались и тела военных в синих мундирах и красных штанах. Погибшие солдаты были измотаны, по приказу Людендорфа, трупы обследовали — ноги у многих были сбиты в кровь, примерно треть в последние дни недоедала, и недостаток рациона возмещали сырой зеленью, благо в июле на огородах уже начали собирать выращенные овощи, которые раньше шли в города на продажу.