Подруга пирата

В смущении и в испуге она боялась бросить взгляд на его тело, с которого была сброшена последняя одежда. Тристан лег рядом. Его губы продолжили прокладывать прерванную тропинку поисков и открытий. Она закрыла глаза, и от его прикосновения к груди, с ее губ сорвался легкий стон, потом еще.

Приподнявшись над ней, Тристан осыпал Джасинду дразнящими поцелуями, шептал ее имя, потом поднял голову и с немым вопросом в глазах взглянул на Джасинду. Доверяется ли она ему полностью?

— Да, — ответила она, чувствуя, что скоро желание принадлежать ему разорвет ее на части.

В мгновенно вспыхнувшей страсти они слились друг с другом. Сдавленный крик, в котором смешались и боль, и удивление, и радость, вырвался у Джасинды, она прильнула к нему, понимая, что с этого мгновения они стали частичками одного целого.

Девушка отбросила все мысли и отдалась ощущению головокружительного полета, в которое приводило ее каждое прикосновение Тристана.

Солнце согрело вокруг них песок. Джасинде хотелось мурлыкать, как довольному котенку. Она открыла глаза. Тристан спал, а она наблюдала, как его широкая грудь, покрытая завитками черных волос, то вздымалась, то опускалась. Осторожно ее взгляд двигался ниже, и вдруг остановился, наткнувшись на отвратительный белый шрам, начинавшийся от последнего ребра и проходивший через всю спину. Бессознательно ее рука потянулась к шраму и коснулась его.

— Это появилось во время моего последнего путешествия в Китай, — вдруг сказал он. — Разошлись во мнениях с одним пьяным моряком.

— Ты мог умереть. — Эта мысль испугала Джасинду. — Я никогда бы не встретила тебя. Это ужасно.

Рывком он притянул ее к себе и положил голову на свою широкую грудь, лаская и тихо шепча нежные слова. Джасинда опьянела от блеска его глаз, от тепла, согревающего душу. Леденящий страх, охвативший при мысли о его смерти, исчез. Она рассмеялась, сама не понимая, как соблазнителен был ее гортанный смех.

— Кажется, ты уже совершенно оправился после ранения, господин хороший!

— Совершенно, добрая госпожа!

Его руки обхватили голову Джасинды, приближая к себе ее губы. Какое-то мгновение его язык игриво щекотал их. Она ответила ему тем же, наслаждаясь неясными ощущениями, пронзившими ее. Вдруг Тристан повернулся и лег на бок.

— Нам лучше вернуться, иначе Ида поднимет всех на поиски.

Его глаза пристально смотрели на красивое обнаженное тело Джасинды.

— Мне кажется, ты будешь немного смущена, если тебя обнаружат здесь раздетой.

Джасинда почувствовала, как румянец разливается по щекам, но не от мысли, что их могут увидеть. От вспышки желания — совершенно неизведанного и удивительного ощущения — когда его взгляд снова упал на нее.

Тристан встал сам и, обхватив руками, поднял ее на ноги.