Подруга пирата

Когда его рука дотронулась до ее груди, скрытой тонкой белой блузкой, она резко набрала воздуха, но не могла выдохнуть. По всему телу разлилась горячая кровь, обжигая изнутри. Она продолжала смотреть в черную бездну его глаз и, казалось, что она тонет в них. Губы девушки слегка приоткрылись, и она провела по ним кончиком языка. Медленно, так медленно, словно прошла вечность, он наклонился к ней. Его рот с необыкновенной нежностью коснулся губ Джасинды. Она закрыла глаза и, затаив дыхание, ждала. Ждала, и не знала, чего. Острое желание вырвалось откуда-то из глубины души, слезинки скатывались с ресниц и падали, медленно скользя по щекам.

Тристан отодвинулся от нее. Джасинда знала, что он смотрит ей в лицо, наблюдает своим проникновенным взглядом, но не открывала глаз, не было сил их открыть. Она могла только ждать…

На щеке почувствовалось дыхание, потом она ощутила, как его губы, касаясь то одной, то другой щеки, осушают своими поцелуями бороздки слез. На какое-то мгновение ее словно парализовало, не было сил шевелиться, она едва могла дышать, незнакомые до сих пор странные ощущения разлились по всему телу Она наклонилась вперед и обвила его шею руками.

Руки Тристана властно сомкнулись вокруг нее, прижимая к себе упругую девичью грудь. Рот жадно приник к губам Джасинды, выпивая до дна сладость ее поцелуя. Несдержанный стон вырвался из груди, когда ее пальцы погрузились в его жесткие взлохмаченные волосы.

Тристан нежно опустил ее на песок. Губы осыпали поцелуями щеку, потом шею. Он с силой прижался к пульсирующей венке на ее шее, спускаясь все ниже к трепещущим округлостям ее груди, скрытой тонкой материей.

— Тристан, — произнесла она и услышала свой охрипший голос.

Он остановился.

— Тристан? — опять шепнула она, любовь и робость боролись у нее в груди.

— Доверься мне, Синда, — сказал Тристан с необычайной нежностью.

Она заглянула в его взволнованные глаза, горящие страстью, и поняла, что не может не верить ему всем сердцем.

— Да, — выдохнула она.

Ее поцелуй, хотя все еще робкий, зажег в нем новый огонь и новые желания. Джасинда бессознательно ощутила это и ответила ему. Она старалась крепче прижать его к себе, обрести то, чего так давно жаждала ее горячая кровь."

"Руки Тристана смело двигались по ее телу, возбуждая, увлекая, волнуя. Она едва осознала, как он поднял ее с берега и повел в тень трав, растущих рядом с каменистым склоном. Тристан быстро скинул рубашку и расстелил на земле. Потом бережными, осторожными движениями раздел Джасинду. Она преодолела в себе стыдливый порыв укрыть свое тело от его ласкающего взгляда, когда Тристан опускал ее на землю. Но сама пристально смотрела только ему в лицо.