Охота на пиранью

 — Идиот…

Отчаянно раздувая ноздри, принюхался — нет, гарью пока что не тянет, но справа и слева хрустят кусты, трещит валежник, над головой уже безостановочно шумят крылья, потоком несется птичий крик. Так бывает в одном-единственном случае…

— Назад! — выдохнул он. — К реке!

— Да что такое? — подняла брови Ольга.

Мазур дернул ее за руку, разворачивая лицом в сторону реки, без всякой деликатности подтолкнул Вику:

— Пожар!

«Сколько до реки километров? — прикидывал он, тяжелой рысью трюхая в арьергарде, проламываясь сквозь кусты. — Шли часа полтора, не больше, значит, шесть-восемь… Погода почти безветренная, но это роли не играет, если пожар верховой… Хорошо, что скоро пойдет лиственница, она хуже горит, хоть немного, да выиграем…»

Над головой неслись птицы. С обеих сторон катился неумолчный треск и хруст, очередной заяц ошалевшим клубком промчался прямо меж Ольгой и Викой. Бежать было неудобно, ушастый трофей болтался сзади, колотил по ногам, по заднице, словно язык спятившего, пустившегося в пляс колокола, но не было времени от него избавляться, он попробовал было раз, на бегу выхватив нож, полоснуть по тесемке, но промахнулся и решил перетерпеть. Только сбросил с плеча автомат, нес в руке, чтобы не колотил по боку.

Ольга шарахнулась от пронесшегося впритирку оленя — рога мелькнули над самой ее головой, — сбилась с темпа. Догнав ее в два прыжка, Мазур проорал в ухо:

— Вперед! Вперед, мать твою! Все зажаримся!

Лихо перепрыгнул через поваленное дерево, протянул руки, помог перебраться женщинам, закричал:

— Только без паники тут! Спокойно бежим!

Попробуйте бежать спокойно, когда по пятам ползет лесной пожар… То и дело он оглядывался. И никак не мог определить — в самом деле настигает волна раскаленного воздуха или это его бросило в жар? Пахнет гарью или мерещится? Мелькали шершавые стволы, корявые сучья, кусты…

— Глаза берегите! — орал он придушенно, делая огромные прыжки.

В очередной раз вывернув голову за плечо, Мазур увидел стелющийся меж стволов дымок — пока еще почти прозрачный, робкий, жиденький… Завопил:

— Наддай, кому говорю!

Резкий запах гари лез в ноздри — но впереди уже голубела спокойная, неспешная вода. Сам Мазур поневоле шарахнулся, когда совсем рядом, обдав душной вонью, высоко подбрасывая зад, целеустремленно пронесся бурый хозяин тайги. Медведь с разбегу бухнулся в воду — оглушительный плеск, фонтан брызг, словно мина рванула! — вытянув оскаленную морду, извиваясь, то прыгая по дну, то пытаясь плыть, рванул на противоположный берег. Преодолел речку в молниеносном темпе и, не отряхиваясь, ломанулся в тайгу.

Сзади наплывал жар, густеющий дым, удушливая гарь.

— Некогда! — крикнул он, увидев, как Вика припала на одно колено и потянулась к шнуркам.