Пиранья

Она, согласен, занимается чуточку предосудительным бизнесом, аристократы вправе морщить носы… и посещать это самое заведение с поднятыми воротниками, кстати… но она все же не «крестная мать». И, наконец, в-третьих, и в-последних… По-моему, вы выбрали не совсем подходящий тон и не совсем подходящие термины в отношении людей, которые пошли навстречу вашим просьбам о помощи — и даже не стали обставлять эту помощь финансовыми требованиями… Уяснили?

Вид у темноволосой красавицы был определенно пристыженный. При других обстоятельствах Мазуру стало бы ее жалко, но он не хотел расслабляться. Не ждал ничего хорошего от предстоящей «командировки», поскольку научен был горьким опытом: сначала милая журналисточка, оказавшаяся полевым агентом ЦРУ, потом очаровашка Бриджит с ее наполеоновскими замыслами, наконец, дона Роза… Тенденция, однако? Следовало заранее смириться с тем, что и это дело дурно пахнет, а сидящая рядом с ним красотка, пусть конфузится сейчас не на шутку, наверняка при ближайшем изучении окажется очередным воплощением библейских пороков и черных замыслов. Научены горьким опытом, мерси… Нельзя расслабляться.

— Простите, — сказала она, то ли искренне раскаиваясь, то ли великолепно притворяясь. — Я не имела в виду… не хотела… я просто намеревалась…

— А короче?

— Я просто пыталась взять верный тон… Понимаете, с людьми вроде… с такими людьми… ну, в общем, я не знала, как держаться. Ясно вам?

— Да вроде бы, — сказал Мазур. — Ну что ж, это похоже на правду. Девушка из хорошей семьи горделивых идальго, училась в Штатах… надо полагать, на Юге?

— Тетя Роза вам говорила?

— Я и сам вижу, — сказал Мазур. — У вас классический южный выговор. Луизиана?

— Алабама. Университет Дьюка. Слышали?

— Господи, откуда, мы университетов не кончали, — сказал Мазур чистую правду. — В общем, другая социальная среда, а? Интересно, кого вы ожидали увидеть? Развязаного малого в шляпе набекрень, который то и дело прикладывается к фляжке, называет вас «деткой», глупо ржет, пошло шутит и то и дело пытается хлопать по заду? Ну, смелее!

— Если откровенно, что-то вроде…

— Ну, тогда мы квиты, — сказал Мазур. — Честно говоря, я тоже ожидал увидеть нечто другое. Очкастую кривоногую девицу в старушечьем платье, со стопкой книг под мышкой, распространяющую затхлый запах палеонтологических окаменелостей…

— Я — историк…

— Ну, в таком случае — затхлый запах исторических пергаментов…

Девушка улыбнулась почти спокойно:

— Ради точности — я специализируюсь на второй мировой. Вторая мировая война на море.

— Все равно, — сказал Мазур. — Любой архив, я думаю, пылью пропах…

— Не всякий. Вы забыли про компьютерные архивы.